Грешная и святая

Он никогда не обещал исправиться. На самом деле она и не думала, что он исправится.

Но пари на нее! А она-то думала, что он заботится о ее репутации.

Она весело улыбнулась и встала.

– Здесь мало кто узнает об этом, а значит, его присутствие на балу и танец со мной – это честь для меня. Когда я буду в Индии, я смогу сказать, что со мной танцевал сам герцог Сент-Рейвен.

Лавиния встала.

– Я так рада! Я не хотела, чтобы тебе было больно.

Крессида даже смогла рассмеяться.

– Конечно, нет, мне не больно. Когда я говорила, что – люблю Сент-Рейвена, это было несерьезно. Игра. Как наше с тобой обожание актера Кина.

Лавиния улыбнулась в ответ.

– Только посмотри, как его обхаживают! Даже моя мать взволнована, как школьница. Многие будут хвастаться друзьям, что герцог сказал им «добрый вечер». Деб Уэстфорт была так ошеломлена комплиментом, что теперь лежит в передней с уксусным компрессом на голове.

– Бедный герцог! – искренне сказала Крессида. Лавиния взяла ее за руку.

– Может, ему это нравится. Пойдем. Если я буду с тобой, то он, возможно, пригласит меня на танец и скажет пару комплиментов. Тогда я смогу рассказать об этом своим внукам.

Крессиде хотелось сбежать домой, но это лишь подлило бы масла в огонь. Она увидела его, как только вошла в зал, как будто он был единственным живым человеком среди восковых фигур. Он шел к ней, и она не могла скрыться. Крессида поклялась, что не даст себя унизить, но не была уверена, что ноги послушаются ее. Что-то в его взгляде говорило, что он последует за ней.

Что он хочет?

Трис, похоже выиграл пари, и, хотя он поставил ее репутацию под удар, кажется, им удалось избежать катастрофы. Или по условию пари он должен был добиться чего-то еще? Поцелуя? Чего-то большего?"

"Все-таки он был так красив в темном вечернем костюме и тонкой рубашке. Она никогда не видела его таким. И он был так дорог ей.

Девушка улыбнулась ему, поболтала, а затем буквально приказала ему пригласить Лавинию на танец. Она увидела, как выгнулись его брови, но правила приличия не оставляли ему пути к отступлению.

К Крессиде подошла ее мать и предложила сэра Роджера Тивертона в качестве партнера. Правила приличия также не оставили ей пути к отступлению, но он вел себя достойно и даже извинился за свое поведение в Хэтфилде.

– Я хочу, чтобы вы знали, мисс Мэндевилл, что никто не обращает внимания на бред лорда Крофтона. Особенно сейчас. Очевидно, он сошел с ума.

– Тогда я должна пожалеть его. Жаль, что за ним нет должного ухода.

– В самом деле. – Он повел ее туда, где выстраивались пары. – Мисс Мэндевилл, не хотите завтра поехать кататься со мной?

Что это? Еще одно пари? Будь они все прокляты. Она одарила его холодной улыбкой.

– Прошу прощения, сэр Роджер, но я буду слишком занята. Послезавтра мы отправляемся в Плимут.