Грешная и святая

 – Через секунду Лавиния добавила: – Я просто подумала, что ты должна знать об этом.

Крессида остановилась и повернулась к ней.

– И я благодарю тебя. Герцог красив и очарователен. Он может легко разбить женское сердце. Но я не так глупа, уверяю тебя.

– О, хорошо. Я бы не вынесла, если бы с тобой случилось то же, что и с Уинни.

Крессида рассмеялась.

– Даже и речи не было о браке.

– Конечно, нет! Но, – вздохнула она, – я хотела бы, чтобы он спас меня. Я никогда даже не разговаривала с герцогом.

– Они говорят «Добрый день» и «Отвратительная погода, не правда ли?», как и другие мужчины.

Лавиния рассмеялась.

– Да? Какое разочарование! – Она посмотрела на Крессиду. – Могу я признаться в одной вещи?

– Пожалуйста, сделай это. Тогда я смогу всегда шантажировать тебя этим.

– Не думаю, что это настолько ужасно. Знаешь, когда Мэтт рассказывал об этой отвратительной оргии, мне хотелось быть там мухой на стене, чтобы хоть раз в жизни увидеть подобную вечеринку.

Крессида залилась смехом и была вынуждена даже прислониться к каким-то перилам, чтобы перевести дух.

Смех залечил ее раны, и она вернулась домой в хорошем настроении. Но теперь она была намерена как можно быстрее вернуться в Мэтлок, который мог стать чем-то вроде ее панциря. Только когда она окажется там, она почувствует себя в безопасности от ее собственной глупости. Теперь она знала, как далеко могла завести ее неопытность.

Когда их новый лакей передал Крессиде, что отец хочет поговорить с ней, она решила воспользоваться этой возможностью. Родители, казалось ей, тянули с переездом в Мэтлок, и пришло время нажать на них. Нет смысла говорить с матерью – она сделает только так, как желает муж.

Крессида поспешила в свою комнату, чтобы снять шляпку и привести себя в порядок, а затем пошла в кабинет отца, пытаясь придумать, как лучше начать разговор.

Отец сидел за столом, окруженный гроссбухами и документами, но, когда дочь пришла, он взял сложенный лист бумаги.

– Это письмо от Сент-Рейвена, Кресси. Он просит продать ему статуэтки. Что ты на это скажешь?

Крессида уставилась на письмо, как будто это была ядовитая змея, готовая к броску.

– Статуэтки? – только и смогла выдавить она.

– Те самые, неприличного характера. Конечно, он человек такого сорта, что может ими заинтересоваться. Что скажешь? Продадим их ему? Матери все равно.

Отец развернул сложенный лист и протянул Крессиде. Ей пришлось взять его, взглянуть на энергичный ровный почерк и подпись – Сент-Рейвен. В своем воображении она могла почувствовать запах сандалового дерева.

Уважаемый господин Мэндевилл!

Вы, несомненно, знаете, что я имел честь познакомиться с вашей дочерью и оказать ей некоторую помощь. В ходе этого знакомства я узнал о том, что вам принадлежит комплект статуэток из слоновой кости.