Грешная и святая

– На что я бы ответил: «Гнусный негодяй, ты уничтожил мой дом».

На секунду Трис насторожился, но увидел озорные глаза француза и рассмеялся. Удивительно. Бурро нравился ему, он понимал своего незаконнорожденного кузена. Неужели права пословица о том, что кровь не водица?

Он никогда не был близок с шестью двоюродными сестрами, и его мать была единственным ребенком в семье. Он был дружен кое с кем из Пекуортов, но они не были родственниками.

Трис указал на вино.

– Увы, я не додумался потребовать два бокала.

Его кузен подошел к умывальнику и нашел там подходящий стакан. Он налил вино в стакан и в бокал и предложил бокал Трису. Дерзкий плут, но и Трис такой же.

Он поднял бокал.

– Твое здоровье! Итак, я надеюсь услышать о твоих последних приключениях.

Француз отхлебнул вина.

– Это может подождать? В комнате меня ждет клиент.

Трис замер. Как он мог забыть о такой очевидной вещи?

Ведь об этом же говорили и хозяин гостиницы, и служанка – и оба раза он не обратил на это внимания!

Он знал, кто этот клиент. Женщина с большими серыми глазами. Он прислушался, нет ли звуков поднятой тревоги в другом конце коридора.

– Клиент может подождать? – спросил он.

Если Крессида попадет в спальню, все будет в порядке. Если нет – она, конечно, сможет выпутаться из ситуации. Она быстро соображает.

– Немного. – Казалось, Бурро был удивлен. – Мои приключения… – Он посмотрел на Триса. Его глаза, прикрытые тяжелыми веками, наверное, сводили женщин с ума. – Ты собираешься передать меня в руки палача?

– Я не думаю, что ты заслуживаешь петли за свои дела, но, оказавшись в суде, ты мог бы запятнать честь моей семьи. Я не могу этого допустить.

Как долго он должен держать его? Следовало договориться о каком-нибудь условном сигнале. По правде говоря, никто из них не был способен предусмотреть все детали.

– Тогда, – сказал Бурро, – сколько ты заплатишь мне за то, что я не стану позорить честь твоей семьи?

Трис вернулся к реальности. Такая вот дружба кузенов.

– Почему я должен платить тебе хоть сколько-нибудь? Ты не сможешь причинить вреда, не открыв, что ты – Ле Корбо.

– Возможно. – Что-то беспокоило Триса в улыбке француза. – Скажите мне, ваша светлость, почему вы заставили кого-то сыграть мою роль?

По крайней мере Бурро не знал, кто был его двойником.

– Как ты узнал, что это подстроил я?

– А кто же еще? Я знал, ты не захочешь, чтобы меня повесили. И понимал причины этого. Я собирался заставить тебя вступиться за меня, как вдруг – бах! – моя невиновность доказана, и меня освобождают.

– Теперь ты знаешь, почему так случилось.

– Конечно, но у герцога есть и более легкие способы для того, чтобы освободить заключенного.