Грешная вдова

Мои же исследования направлены в самое сердце философии ванза. Я пытаюсь разгадать великие научные тайны, которые были открыты древними, а потом утрачены на века.

Артемис чуть не застонал. Нет, с этим человеком бесполезно разговаривать!

Питни посмотрел на Мэделин.

— Сожалею о вашем неудачном замужестве, моя милочка. Должен признаться, я с большим облегчением узнал, что Деверидж погиб во время пожара. Это было блестящее решение весьма неприятной проблемы.

— Вы знали Ренвика Девериджа? — спросил он.

— Никогда с ним не встречался, но незадолго до его смерти до меня стали Доходить кое-какие слухи. — Старик дважды кивнул головой. — Я не сомневаюсь, что этот человек был из «чужаков». Они умеют хорошо маскироваться, скажу я вам.

Усилием воли Артемис смирил свое нетерпение:

— И какие же слухи до вас доходили, сэр?

Питни взглянул на Мэделин:

— Перед смертью ваш батюшка разослал письма некоторым своим старым приятелям. Он предупредил нас, что если придет Деверидж и будет спрашивать про древние тексты ванза, мы не должны поддаваться несомненному обаянию его зятя. Видимо, Рид понял, что выдал свою дочь замуж за «чужака».

После некоторого колебания Артемис предпринял решительный выпад:

— Линслейд утверждает, что не так давно ночью видел в своей библиотеке призрак Девериджа.

Питни презрительно фыркнул:

— Линслейд! Да он вечно общается с призраками! Всем известно, что этот парень чокнутый.

«Как видно, безумие куда легче признать в других», — подумал Артемис.

— А как вы думаете, могло ли быть, что Деверидж остался жив во время пожара и вернулся… э… на службу к «чужакам», чтобы выведать древние тайны ванза?

— Едва ли. Мэделин — достойная дочь своего отца. У этой дамы есть голова на плечах.

— Что вы имеете в виду? — уточнил Артемис.

Питни ласково улыбнулся Мэделин:

— Скажем так: я уверен в ее благоразумии. Она наверняка десять раз убедилась, что Деверидж мертв, прежде чем спалить дом. Я прав, милочка?

Глаза Мэделин испуганно блеснули.

— Ну знаете, сэр, вы меня просто удивляете! Вот уж не думала, что вы будете слушать жуткие сплетни о том, что я убила своего мужа!

— О Господи, Питни! — с возмущением подхватила Бернис. — Скажите, ради Бога, как вы могли поверить в эту досужую байку?

— Да нет, что вы! Я в нее не поверил! Разумеется, это гнуснейшая ложь. — Питни подмигнул Артемису. — Я никогда не придавал значения таким разговорам. А вы, сэр?

Артемис почувствовал на себе встревоженный взгляд Мэделин. Он вспомнил бесконечный поток сплетен и обрывки информации, которые каждое утро оседали на его столе благодаря юным шпионам Закари.

— На мой взгляд, обычные сплетни невероятно скучны, — сказал он и был награжден выражением облегчения, мелькнувшим на лице Мэделин.