Грешная вдова

Мэделин похолодела — точно так же, как во сне. Руки ее дрожали, но она не спешила прогнать страшные образы.

Расспросы Артемиса натолкнули ее на мысль проанализировать сцены ночного кошмара во время сеанса медитации. Вчера ночью ее описание было прервано появлением Закари. Она весь день ходила сама не своя, оттого что не успела рассказать Артемису нечто важное, а именно что в последней версии сна появились новые детали.

Его больше всего заинтересовала прогулочная трость Ренвика, но это-то как раз было самым обычным. Элегантная тросточка не говорила ни о чем, кроме тщеславия Девериджа.

Сегодня ее беспокоило другое — ключ. За те месяцы, что прошли после пожара, она много раз видела этот кошмарный сон. Иногда в нем происходили какие-то изменения, но одно присутствовало всегда — ее растущий страх от того, что она не сумеет отпереть дверь спальни.

Однако она не помнит, чтобы ей когда-нибудь снилось, как мертвый Ренвик рукой тянется к ключу, то и дело выпадающему из ее пальцев.

Она не пыталась подстегивать свое воображение. Оно и без того было достаточно ярким благодаря свече и мысленной концентрации. Огонь, хохот Ренвика, запах дыма — все это было таким отчетливым, как наяву.

Ключ выпал из ее пальцев. Она нагнулась, чтобы его поднять. Ренвик душераздирающе захохотал. Она обернулась и посмотрела на него.

Он протянул к ключу пальцы…

Спальню потряс пронзительный крик. Пламя свечи затрепетало и погасло. Комната внезапно погрузилась в кромешную тьму.

Мэделин едва успела сообразить, что кричала она сама и сама же опрокинула свечу, как на лестнице загромыхали сапоги. В следующее мгновение в дверь забарабанили.

— Мэделин! Открой дверь, немедленно?

Едва дыша, вся в холодном поту, она кое-как поднялась на ноги и поспешила отпереть дверь. Тут же в комнату влетел Артемис.

— Что за черт… — Он остановился у порога и окинул спальню одним быстрым взглядом.

— Все в порядке, — торопливо заверила его Мэделин. — Прошу прощения за крик.

Он посмотрел на нее, в три широких шага подошел к окну, рывком отдернул штору и проверил засовы, потом обернулся и взглянул на потухшую свечу.

— Я медитировала, — объяснила она, — пыталась мысленно воспроизвести свой сон.

В дверях появилась Бернис. Лицо ее было встревоженным.

— Боже мой, что здесь происходит?

— В чем дело, а? — спросил Итон Питай, появив шийся за спиной у Бернис. Рука его висела на хрустя ще свежей белой перевязи, а кустистые брови были беспокойно приподняты. — Опять «чужак»?

— Нет-нет-нет! — поспешила заверить его Мэделин и застонала, увидев, что в дверях появились еще и Нелли с домработницей. — Я медитировала, и что-то меня напугало. Не волнуйтесь, ничего не случилось.

— Я здесь сам разберусь, миссис Джонс, — обратился Артемис к домработнице.