Грехи и мифы Патриарших прудов

 — Вот поселок, откуда тот тип — свидетель с мастино-наполитано, вот лес, дорога. А там, на той стороне Калужского шоссе… ну совсем неблизко эта самая Коммунарка.

Гущин записал адрес Виктора Кравцова, которого эксперт так и отказался идентифицировать.

— Суббота, — сказал Гущин. — Небось пиво дует или где-то в гараже…

— Вы не думаете, что это наш мертвец?

— По двенадцати точкам дактилоскопии никто никого не идентифицирует.

— Есть только один способ узнать, тот это или не тот Кравцов, — заметила Катя.

И она, Катя… Нет, там, возле бюро судмедэкспертизы, у нее не было никаких предчувствий. Никакого холодка на сердце, никаких мурашек на коже. Она еще и представить не могла, во что они влипли.

— Фактически мы вернемся в тот же район. И проверим, — сказала она.

— Я сам туда съезжу, один, — ответил Гущин, заводя мотор.

— Я с вами, Федор Матвеевич. — Катя цепко угнездилась на заднем сиденье внедорожника. — Я тоже хочу знать, тот это Кравцов или нет.

— В Бронницах с делом о ДТП только к понедельнику определятся, так что… В Коммунарку быстрее и ближе, чем туда. Может, в Бронницы и ехать не придется вообще. Может, этот Кравцов жив-здоров, ну, который из нашего банка данных. А тот, что у нас — безголовый жмурик — так и останется…

— Только надо кофе сначала выпить, Федор Матвеевич, — перебила Катя. — Об обеде как-то тяжко думать после того, что мы с вами видели у Сивакова, а кофе… Кофе возьмем, купим где-нибудь по дороге с собой.

И они купили кофе: Гущин — черный двойной эспрессо, Катя — капучино.

И поехали назад, в хаос Калужского шоссе с его стройкой, эстакадами, развязками и грязью.

Коммунарка оказалась местом, из которого хочется сразу слинять. Однако они быстро нашли нужный адрес.

Дом — хрущоба из силикатного кирпича.

Полковник Гущин позвонил в дверь квартиры. Они с Катей несколько секунд подождали. Быстрые шаги. Кто-то подбежал к двери с той стороны, но молчал, не задавал вопросов, затаился.

— Откройте, пожалуйста, мы из полиции, — самым вежливым голосом начала Катя. — Вот наши удостоверения. Нам необходимо поговорить с Виктором Кравцовым. Он здесь проживает?

Никакого ответа. Но Катя явно слышала, что за дверью кто-то дышит, наблюдая за ними в глазок.

— Кравцов, откройте. Нам надо задать вам несколько вопросов, — басом ухнул полковник Гущин.

За дверью снова раздались быстрые мелкие шаги. И сразу же — шаги на лестнице, кто-то медленно поднимался.

— А вы что это… кто? Вам что здесь надо?

Катя обернулась на резкий женский голос. Чуть ли не окрик.

На верхней ступени лестницы стояла женщина лет сорока — одетая ярко, в красную стеганую куртку и красные джинсы, но с каким-то серым, наверное, обычно усталым, а сейчас — злым и настороженным лицом.