Греховная невинность

Позволь нести свет туда, где правит тьма,

И дарить радость скорбящим.

О, Господь всемогущий,

Ниспошли мне мудрость не искать утешения, но утешать,

Не жаждать понимания, но понимать,

Не алкать любви, но любить.

Ибо, лишь отдавая, обретает человек,

Лишь простивший в сердце своем получит прощение.

Так, умирая, возрождаемся мы для жизни вечной.

Аминь.

— Надеюсь, и вам когда-нибудь посчастливится написать нечто подобное, мой мальчик, — сонно пробормотала леди Фенимор. — Прочтите эту молитву на моих похоронах.

Глава 20

После обеда Адам отправился верхом в Эверси-Хаус. Прошел легкий дождь, прибив к земле пыль на дороге. Копыта лошади мягко цокали в тишине, Адаму нравилась их приглушенная дробь. Он вдруг почувствовал, что соскучился по этому звуку. Ему захотелось пуститься в галоп, ощутить, как ветер хлещет по лицу и треплет волосы, помогая забыть хотя бы на время о мучительной, изнуряющей боли.

Он прискакал к дому Оливии разгоряченный, покрытый потом и брызгами грязи. Дожидаясь в холле, пока лакей доложит госпоже о прибытии гостя, пастор увидел, как двое слуг вносят изысканный букет оранжерейных цветов — пламенно-красных и пурпурных, перевитых пышными зелеными ветками с шипами.

— Адам!

Каблучки Оливии звонко застучали по мраморному полу. Она подставила Адаму щеку для поцелуя.

— Это вам, мисс Оливия, — объявил лакей, вручив хозяйке визитную карточку. Слуги с букетом нерешительно замерли чуть поодаль.

— От Ланздауна, — без всякого интереса обронила Оливия, взглянув на букет. Ее губы недовольно скривились.

— О чем еще говорится в записке?

— Лорд Ланздаун просит принять его. Он пишет одно и то же изо дня в день. Похоже, некоторые люди не понимают, когда следует остановиться.

— То же можно сказать и о тебе.

Оливия надменно вскинула голову. Прищурившись, она смерила кузена сердитым взглядом, отлично понимая, к чему он клонит. Адам не в первый раз заводил этот разговор.

Но его не так-то легко было смутить или обескуражить. На него навалилась такая страшная усталость, что, казалось, душа его онемела и утратила способность чувствовать.

— Это дружеский визит, Адам? У тебя всегда столько дел, я польщена, что ты нашел время навестить меня.

Адам и сам не знал, пришел ли он как друг или как священник.

— Еще бы, не каждому выпадает такая честь, — шутливо отозвался он. — Не хочешь ли прогуляться по парку? Я недавно побывал у леди Фенимор, а в ее комнате жарко, как в тропиках. Боюсь, мой левый бок уже начал обрастать зеленью.

— Я только схожу за шалью!

Оливия взбежала по лестнице в гостиную и тотчас вернулась с шалью на плечах. Они вышли в парк, залитый рассеянным солнечным светом, и побрели по круглой дорожке мимо фонтана, где плавали быстро таявшие островки льда.