Вознесенная грехом

Что, если он лишит меня зрения? Было еще так много всего, что мне хотелось увидеть, так много вещей, которые я не ценила должным образом, думая, что у меня еще будет время на все это. Мое сердце бешено колотилось, кровь бурлила в венах, словно лава.

– Прости, сладкая, но мне нужен небольшой подарок для твоего отца. Он должен понять, что мы не играем в игры. Мы уничтожим его.

Он придвинул нож еще ближе. Где Мэддокс? Боже, где он?

Когда лезвие вонзилось в меня, пронзительный крик вырвался из самой глубокой части моего тела, прежде чем все погрузилось в темноту.

Мэддокс

Войдя в клуб, я сразу понял, что что-то было не так. Руби – любимица Эрла, достаточно глупая, раз думала, что он когда-то сделает ее своей старушкой, – удовлетворенно ухмыльнулась, когда Эрл вытер кровь со своего ножа. Стойка бара тоже была покрыта кровью. Мое сердце дрогнуло.

– Что здесь произошло? – спросил я, пытаясь скрыть беспокойство.

Эрл невозмутимо убрал нож в ножны с чертовски скучающим видом.

– Преподал урок принцессе Витиелло, и ее старику тоже.

Черт. Эрл, должно быть, воспользовался запасным ключом, чтобы попасть в мою комнату. Я протолкнулся мимо ухмыляющегося Коди и ринулся наверх, мой пульс бешено стучал. Что, мать вашу, он натворил? Разве Витиелло не был готов к обмену? Отперев дверь, я зашел в комнату. Брызги крови покрывали пол, ведя в ванную комнату. Меня никогда не беспокоил вид крови. После резни, которую Витиелло устроил прямо на моих глазах, когда я был ребенком, я слишком ожесточился, чтобы беспокоиться об этом. И все же вид этих нескольких капель крови заставил мое сердце биться чаще.

Я пошел по ним к ванной, а затем, ошеломленный, остановился в дверном проеме.

Марселла сидела на краю унитаза с мертвенно-бледным лицом, ее плечи и футболка были в крови. Она прижимала полотенце к левой стороне лица.

– Что случилось? – спросил я, опасаясь худшего. Эрл был мне как отец, но я знал, на что он способен. С годами его одержимость местью стремительно возрастала, становясь гораздо хуже моей собственной.

Марселла опустила полотенце, которое прижимала к голове дрожащей рукой. Увидев, что ее голубые глаза целы, я испытал облегчение, но потом заметил ее ухо, которое сильно кровоточило. Мне потребовалось время, чтобы увидеть, что Эрл отрезал ей левую мочку.

Во мне вспыхнул гнев, я развернулся и побежал вниз по скрипучей лестнице. Я едва мог дышать от пробирающей меня ярости. В ушах звенело, в висках пульсировало. Я ворвался в общую комнату клуба. Эрл и Коди сидели на барных стульях и пили бурбон, как бы празднуя свой успех.

Я бросился к Эрлу и схватил его за жилетку, стащив со стула.

– Мы договорились не пытать ее! Ты поклялся в этом. – Я никогда не разговаривал с дядей в таком тоне, особенно в присутствии других.