Чехов. Книга 10. Грехи отцов

— Пока мой наниматель хочет только обговорить цену, — возразил я. — Он ни за что не расстался бы с этим котом, но увы. Обстоятельства так сложились…

— Понимаю, понимаю, — закивал мужчина и открыл передо мной дверь."

"Квартира Козырева-старшего была большой. С просторной гостиной, большими окнами, и высокими потолками. Ремонт казался свежим и ничего не указывало на то, что у хозяина есть проблемы с деньгами. Козырев проводил меня к столу у окна, сам же направился в кухонную зону, чтобы вскипятить чайник.

Вид из окна был красив. Отсюда можно было рассмотреть залив, за которым высились деловые центры. Я невольно представил как красиво тут бывает по утрам и в вечерние часы. когда небо окрашивается в красный цвет.

— Тю, кто пришел, — послышался за спиной знакомый насмешливый голос, который заставил меня вздрогнуть и обернуться. В нескольких метрах от меня стоял, ухмыляясь, Василий Козырев. Вернее, его призрак. И заметив мое вытянувшееся от удивления лицо, он довольно захихикал:

— Вижу ты удивлён?

— Ты как здесь очутился? — вырвалось у меня.

Стоявший у плиты Козырев удивленно обернулся и посмотрел на меня. Но мне было не до него. Все мое внимание было приковано к стоявшему в центре гостиной призраку.

— Как-как, — насмешливо протянул тот и сложил губы трубочкой. — Это мой небольшой секрет. Имею право не отвечать. Вот так-то.

— Вы о чем, Павел Филиппович? — уточнил у меня Николай. Выглядел хозяин квартиры немного встревоженным.

— Да так, — отмахнулся я. — Красивая у вас квартира. Давно купили?

— Да как дом строить начали, — ответил Николай. — Вернее, достраивать. Стройка-то старая. В смуту заморозили. А недавно нашелся подрядчик, который достроил. А живу, наверное, года три уже.

— Вашему покойному отцу она наверняка понравилась? — продолжил я, но Николай покачал головой:

— Не очень. Ему мало что нравилось. Он был человеком с тяжелым характером. Знаете, из таких, кто вечно заявляет, что раньше было лучше. Даже если ничего хорошего раньше не было.

Стоявший на плите чайник вскипел, и Козырев снял его, налил кипяток в заварник. И вернулся к столу

— Так что по поводу кота? — начал он, поставив на столешницу заварник и две чашки.

— Мой наниматель уверяет, что кот исключительно редкой породы. Поэтому хочет за него пять тысяч, — осторожно начал я.

Стоявший за спиной Николая призрак захохотал:

— Пять тысяч, — с трудом произнес он сквозь смех. — Молодец, некромант.

Козырев же удивленно посмотрел на меня:

— Побойтесь Искупителя, Павел Филиппович. Это обычный кот.

— Вранье, — тут же произнёс Василий. — Барсик ровесник этого оболтуса. И я уже помер, а он прекрасно себя чувствует. Будто ему лет пять, не больше.

— В вашей семье говорили, что кот приносит удачу, — напомнил я.

— Это же просто легенда, — отмахнулся Козырев.