Чехов. Книга 10. Грехи отцов

Даже от случайных призраков, которые могут доложить обо всем кому-то из нашей семьи…

Наконец Фома съехал с шоссе, которое вело от Петрограда к городку Северск. И буквально через несколько метров впереди показался высокий глухой забор и ворота.

Едва авто подъехало к особняку, створки словно сами по себе начали открываться.

Перед двухэтажным домом была разбита широкая лужайка, засеянная аккуратно подстриженной травой. Ни деревьев, ни живой изгороди видно не было — только дорожки, выложенные тротуарной плиткой.

Сам Александр уже встречал нас на крыльце. И к моему удивлению на нем был не привычный длинный плащ, а удобный домашний халат, и я отметил, что в нем хозяин особняка напоминает доброго дедушку, а не главу самой секретной организации Империи, обладающего неограниченными полномочиями.

Фома припарковался на площадке у забора, и я вышел из машины.

— Доброе утро, Павел Филиппович, — сказал Морозов, как только я подошел к крыльцу.

— Доброе, — ответил я, пожимая протянутую руку.

— Как добрались? Надеюсь, дорога не показалась вам слишком утомительной? В местах, откуда я родом, аристократы имеют родовые особняки, которые располагаются далеко от столицы.

— И все дворяне живут за городом? — удивился я.

— Нет, конечно, — отмахнулся Морозов. — Каждый выбирает по душе, где он хочет обитать. Но родовые дома располагаются на особых местах силы. В таких местах сама мать-природа помогает восстанавливать людям силу. Раны затягиваются быстрее, да и старость долго не посещает живущих в таких родовых домах.

— Любопытно.

— Идемте на веранду. Обсудим дела, и заодно я угощу вас особым чаем, которого вы точно никогда раньше не пробовали. Уверяю, он вам очень понравится.

— Уж не из особых ли трав с императорских болот этот чай? — осведомился я.

— Однажды мы наладим производство такого чая для своего использования. Но пока рано об этом говорить.

Александр сделал приглашающий жест, а затем спустился с крыльца и направился в обход дома. Я зашагал следом.

Обогнув дом, мы оказались на широком заднем дворе, выходящем на берег озера. Здесь располагалась большая тренировочная площадка, на песчаной полосе виднелся сад камней, рядом с которым лежал коврик для медитации и стояли небольшие садовые качели. А еще здесь имелся пирс, на котором разместилась широкая деревянная беседка.

— Богато тут у вас, — одобрительно заметил я."

"— Я не особенно старался, само как-то получилось, — скромно ответил Александр Васильевич. — Ваш батюшка тоже оценил. Обещался приезжать почаще, но вынужден был откланяться по делам службы.