Грехи матери

Оливия пригласила присоединиться к ним детей Питера. Места было достаточно для всех. В длинные залы выходило более двадцати спален.

За выходные они обследовали окрестности замка и, очень довольные своим выбором, отправились в Лондон повидаться с Касси. К тому моменту она находилась на седьмом месяце, живот у нее был огромный, и уже стало известно, что у нее родится мальчик. Дэнни переполняли эмоции, он хотел, чтобы его группа играла при родах, на что Касси наложила вето. Она пообещала, что разрешит им играть в честь малыша, как только вернется с ним домой.

Оливия была счастлива видеть дочь. Они отправились делать покупки для ребенка и приобрели горы одежек и мебель для детской. Дэнни заказал подходящее к гитаре маленькое фортепиано.

– Я не знаю, как его успокаивать в оставшееся до родов время, – пожаловалась Касс матери. – Ему не терпится увидеть малютку, особенно теперь, когда он знает, что будет мальчик.

– Осталось недолго, – ободрила ее Оливия. – Меньше трех месяцев.

– Мама, так страшно! Я волнуюсь, смогу ли вообще к этому подготовиться? Боюсь, что сделаю что-то не так!

– Не паникуй, всё ты сделаешь правильно.

Касс недавно исполнилось тридцать пять. Чтобы ее отвлечь, Оливия рассказала о замке в Провансе, который представлялся идеальным местом для летних каникул их семьи. Плавание на яхте в прошлом году всем очень понравилось, но с маленьким ребенком там было бы сложно. Ко времени поездки в Прованс мальчику исполнится шесть недель.

Оливия и Питер провели с Кассандрой два дня: вместе с ней гуляли, делали покупки, готовили детскую. Еще два дня Оливия пробыла в своих лондонских магазинах. У Питера в Лондоне жили друзья, так что ему было чем заняться. В Нью-Йорке Джон готовил себе замену, чтобы в мае уволиться. Все занимались делом. Алекс позвонил бабушке, пока та была в Лондоне, и вне себя от радости сообщил, что его приняли в Стэнфорд. Оливия сказала, что очень им гордится.

К тому времени Софи работала в нью-йоркском магазине и проходила программу обучения менеджменту. Оливия собиралась через несколько месяцев послать ее в Лондон, и Касси предложила племяннице пожить у нее, пока та не найдет себе квартиру.

Из Лондона Питер с Оливией отправились в Милан, а потом опять в Париж – по работе. Оливия убедилась, что там всё в порядке, и они вернулись в Нью-Йорк.

Пролетели еще три месяца. Перед следующей поездкой в Лондон Оливия сделала повторную маммограмму, которая показала, что здоровье у нее в норме. На этот раз она направлялась в Лондон одна, чтобы присутствовать при появлении на свет ребенка Кассандры. Питер должен был присоединиться к ней уже после родов.

Прибыв в Лондон и увидев дочь, она чуть не расхохоталась. Она еще никогда не видела столь огромного живота.