Грехи матери

Вы не пробовали иглоукалывание или йогу?

– Пробовала и то и другое. Терпеть не могу иголки, а на занятиях йогой я растянула себе шею и пах.

– Тогда попробуйте валиум, или торазин, или веселящий газ. Что-нибудь. Ну ладно. Приезжайте в пять. До пяти-то вы дотерпите?

– Придется. Думаю, к пяти успею.

Она не стала расспрашивать его по телефону, поскольку было очевидно, что Шипперз хочет обсудить ситуацию при личной встрече. Он был очень упрямым мужчиной."

"Для такого случая Лиз решила приодеться. Ей хотелось хорошо выглядеть. Она надела черную короткую юбку, которую нашла в гардеробной Софи, сексуальный черный свитер, принадлежавший Кэрол, и собственные туфли на высоких каблуках; из украшений предпочла длинные серьги. Благодаря вещам, оставленным дочерьми, ее гардероб увеличился в три раза. В четыре часа Лиз была готова. Она не забыла заправить машину, что было редкостью, и в назначенное время припарковалась у офиса агента. Лиз задавалась вопросом: что за новость он собирался сообщить? А что, если он просто ее дурачил, не желая отказывать клиенту по телефону или говорить, что все издатели отвергли ее книгу? Но три недели – слишком короткий срок, чтобы все они успели с ней ознакомиться. Она понятия не имела, что собирается сказать Шипперз.

Секретарь проводила Лиз в его кабинет. Эндрю читал контракты за письменным столом и отложил их при ее появлении.

– Вы очаровательно выглядите, – сказал он, предложив ей сесть, – и спокойны. Вы приняли валиум?

– Нет, полбутылки водки, пока ехала.

Эндрю явно был озадачен. Лиз рассмеялась:

– Шутка!

Она казалась значительно спокойнее, чем во время своего первого визита и в ходе утреннего телефонного разговора. Она была просто склонной к беспокойству особой, а не конченой неврастеничкой. Эндрю, видя это, испытал облегчение. Как бы эта женщина себя ни вела, она была невероятно талантливой. В этом он не сомневался.

– Так какие новости вы хотите мне сообщить? – спросила она, глядя на агента в упор.

Эндрю старался забыть, что она привлекательная женщина. Это был бизнес. Лиз тоже убеждала себя, что он вовсе не симпатичный.

Он перешел сразу к делу:

– Два издателя заинтересовались вашей книгой. Они дерутся за нее, повышая цену. Я нахожу одно из издательств более предпочтительным для вас. Они предложили аванс в пятьсот тысяч долларов только за права в Северной Америке. Права на издание в других странах остаются за вами, а это означает, что мы можем продавать их отдельно. Им позарез нужна ваша книга. Твердый переплет, огромный первый тираж, потом мягкая обложка. К тому же я позволил себе показать ее сценарному агенту, с которым сотрудничаю в Лос-Анджелесе. Он считает, что может продать ее для кино. Прямо сейчас он показывает ее двум продюсерам, и одному из них она уже понравилась.