Пленница греха

«Моя любовь»? Не ослышалась ли она? Наверняка. Он не любит ее. Едва терпит.

Она постаралась, насколько могла, сконцентрироваться на теме разговора.

— Вы не безумец, — сказала Чариз, голос ее дрогнул.

— Если я еще не до конца сошел с ума, то наш брак меня доконает.

Что он пытался ей сказать? Чариз не могла понять, что беспокоит его и чем она может ему помочь. Но ей было абсолютно ясно, что то, что она всегда считала правдой, оказалось ложью.

— Вы хотите меня? — удивленно переспросила Чариз.

Гидеон усмехнулся:

— Разумеется.

Она опустила руки и шагнула к нему.

— Но это означает…

Он отскочил к стене:

— Черт, Чариз, не прикасайтесь ко мне.

Он стоял, прижавшись к стене, тяжело дыша. Она остановилась и нахмурилась.

— Я не могу к вам прикоснуться, и при этом вы говорите, что вы… хотите меня.

— Я говорил вам, что это безумие.

И внезапно все отрывочные воспоминания уложись в связную картину. Она увидела и поняла то, чего никогда не понимала до этого. Если, конечно, вся эта безумная ситуация могла иметь какую-то логику. Она говорила медленно:

— Вы ни к кому не можете прикасаться. Вот почему вам стало плохо после Портсмута. Из-за всех этих людей.

Он держался так, словно каждое из произнесенных ею слов вонзалось в него, словно лезвие шпаги. Она ожидала, что он солжет или откажется отвечать. Но он лишь кивнул:

— Да.

Она осторожно отступила, словно пыталась успокоить дикого зверя. Прежде чем схватиться за спинку стула, дрожащей рукой ощупала у себя за спиной пространство.

— Я не подойду к вам близко.

— Спасибо, — поблагодарил он.

Она старалась говорить тихо, словно он и вправду был диким зверем, попавшим в капкан охотника.

— Вы не хотите присесть?

Поколебавшись, он вернулся и сел в кресло. Движения у него были резкими. В неярком свете свечи он выглядел усталым, но собранным.

— Вы всегда были таким? — Нет, не может этого быть. — Вы имели любовниц.

— Чариз…

— Что произошло в Рангапинди?

Глава 13

Даже в полумраке Чариз увидела, как кровь отхлынула от лица Гидеона. Глаза его стали непроницаемо-черными. Он судорожно сжимал подлокотники кресла.

Когда Чариз уже перестала надеяться на ответ, Гидеон сфокусировал на ней взгляд.

— Мой преподаватель в Кембридже рекомендовал меня для работы в Ост-Индской компании.

— Поскольку знал, что у вас есть способность к языкам.

— Да. Я также был неплохим наездником и стрелком. Неплохо играл в крикет. Компании всегда требовались такие люди, как я.

В словах его отчетливо слышалась злая самоирония.

Будто бы им было так легко найти рекрутов с талантами Гидеона, подумала Чариз, очередной раз отметив отсутствие в нем какого бы то ни было самодовольства.