Грех Захарова

Я наизусть знаю, когда он появляется дома и когда уходит. Ничего не изменилось. Тот же жестокий, бесжалостный человек. Ему действительно до одного места моя судьба.

Стараюсь не вступать с ним в диалог и вообще не попадаться ему на глаза. Потому что не могу не ответить на его подкалывающие слова. Это приводит нас к конфликтам, а я безумно хочу спокойствия. Устала…

Голодной не остаюсь. Точнее, Тимур каждый день заставляет меня есть. Утром и ночью, когда он дома, так точно. Иногда у меня складывается такое впечатление, что в его квартире есть скрытая камера. Даже несколько! И он наблюдает за каждым моим шагом. Пыталась найти их, однако ничего подобного не нашла.

– На кухню! – раздается грубый баритон. Я вздрагиваю и быстро прячу рисунок за спину. Тимур прислоняется к косяку двери и внимательно смотрит на меня. Он заметил украденные мною бумагу и карандаш, валяющийся на кровати. Но почему-то молчит, и это меня удивляет. – Не расслышала? На кухню."

"Он уходит, я же мысленно ругаю себя. Да, Тимур, я глухая, раз не расслышала, как ты хлопнул дверью, что делаешь каждый проклятый день, чтобы подействовать мне на нервы.

Прячу все под матрас, дабы он не увидел. Не спеша иду на кухню. Не ела с утра, да и аппетита особо нет. Однако Тимур сейчас заставит нажраться. Чертов грубиян! Самодовольный сукин сын! Ррррр!

Мое внимание привлекают пакеты на диване. Цокнув языком, прохожу мимо. Хотя бы без одежды не оставил. Я думала, он действительно принудит меня ходить голой после той ссоры.

Я сажусь на стул, слежу за Тимуром. В руках у него небольшая коробка. Я так понимаю, телефон?

– Твое, – ставит на стол и подталкивает в мою сторону. Я даже не отвечаю, лишь приподнимаю вопросительно бровь и с нетерпением жду объяснений. – Не хочешь с родственниками поговорить? – издевательски ухмыляется.

– Может, сразу скажешь, чего хочешь? Или дикий зверь за одну ночь стал добрым ангелом? – язвлю в ответ, до мобильника не дотрагиваюсь.

Насколько сильно я ни скучала бы по сестре, гордость не позволяет забрать телефон. Пусть не думает, что я упаду к его ногам и буду умолять что-либо для меня сделать. Не дождется!

– Даже не стану тебя уговаривать, – скрестив руки на груди, откидывается на спинку стула. – Хочешь выйти на связь со своими или нет, дело твое. Мобильник тоже теперь твой. Твой, пока я добрый. За одну ночь может произойти все, Мирослава. Зверь может превратиться в ангела. А гордыня в послушную куколку. Разве я не прав? Воспользуйся ситуацией, Мира. Потом может стать поздно. Твои наверняка соскучились.

– Сукин сын! – бросаю злобно и все-таки забираю мобильник. Псих ненормальный. Нужно поговорить с сестрой. Ей наверняка сильно досталось от Матвея после моего побега.