Грех Захарова

Она больше похожа на отца. Нет, не внешне. А по характеру.

А вот Алина – моя копия. Для нее больше важна семья. Мама, папа и сестра. Мелина уже думает, кем станет, когда повзрослеет. Мы отдали девочек на танцы, еще когда им было три года. Алине нравится, а Мелина упорно отказывается ими заниматься. Ей бы у зеркала повертеться. Волосы то в хвост собрать, то в пучок. Или же хочет, чтобы я их заплела. Мучает она меня постоянно своими хотелками. Захаров иногда подшучивает, что она тоже моделью станет. Да, я даже не сомневаюсь. Но… Кто ее знает. Может, до окончания школы еще сто раз передумает."

"После родов у меня действительно было много сложных моментов. Мне всегда казалось, что если ребенок плачет, значит, у него где-то болит. А дочки кричали в один голос, ревели. Я очень переживала и депрессовала по этому поводу. Тимур несколько месяцев меня к психологу возил, чтобы я хотя бы в руки себя взяла. И как-то держала эмоции под контролем. В общем, сложно быть матерью.

К слову, о матери… Я помирилась со своей мамой после родов. Точнее, где-то через пару месяцев. Хоть я и упорно ее игнорировала, она несколько раз в неделю приезжала и помогала мне. А потом мы как-то вновь сблизились. Иногда я оставляла девочек с ней и уезжала по делам. Мама не разрешила мне нанять няньку, сама присматривала за Алиной и Мелиной аж до трех лет! А потом детский сад.

– Хорошо, – глухо прорычав, Тимур ускоряет темп. Безумие длится пару минут. Я обнимаю его за шею, подаюсь вперед. – Ты меня с ума сведешь, Мира.

Резко остановившись, Захаров впивается в мои губы. Просто целует. Нежно, медленно. Словно ловит кайф оттого, как я постанываю ему в рот.

– Ты уверен насчет мальчика?

– Абсолютно, – хрипло отвечает.

Телефон мужа, лежащий на краю стола, подает признаки жизни. Он чуть наклоняется, достает из шкафа салфетки, которые специально оставляет там для таких сумасшедших моментов. Вытирает влагу между моих ног, потом переходит к себе.

– Рамиль звонит. Приехали, наверное.

Застаю семью во дворе. Мои девочки уже встретили гостей и пригласили их в беседку. А следом за ними и Эмиль со своей женой и дочерью приезжает.

Мелина общается с дочкой Бестужева, в то время как Алина с Сашей – сыном Рамиля и Леры – снова исчезают из поля зрения. Наверняка мальчик играет на гитаре, а моя доченька следит за его движениями как зачарованная. Они не появляются, даже когда еда готова и Тимур зовет их во весь голос. Не отзываются ребята!

– Я начинаю волноваться, – говорю и сразу же ловлю на себе насмешливый взгляд Рамиля.

– Не стоит, Мирослава. Могу поклясться, что они даже через пятнадцать лет будут именно так себя вести. Постоянно пропадать…

– Размечтался, – отрезает Тимур ледяным тоном. – Пусть Саша только посмеет…

Эмиль громко смеется.