Грех во спасение

Старый хитрец был не так прост, чтобы купиться на подобную уловку, и если еще не выставил посты на дорогах, ведущих в Терзю, то непременно выставит в самое ближайшее время, на всякий случай, для успокоения совести.

Поэтому и приходилось спешить, чтобы опередить Мордвинова, не попасть в засаду и благополучно добраться до цели – зимовья Прасковьи Тихоновны, где беглецы мечтали отсидеться до появления Кузевановых. Единственное, чего опасался Митя, что Мордвинов велит тщательно обыскать обоз, и худо придется купцам, если комендант обнаружит незаявленное оружие и припасы. Оставалась одна надежда, что Васена и Прасковья Тихоновна сумеют каким-то образом перехитрить генерала и предупредить Кузевановых об опасности, ведь их слишком тесные связи с государственными преступниками, бесспорно, вызовут у Мордвинова серьезные подозрения.

Ночь, зачернив ущелье, выползла на горы и тайгу и затянула их траурной вуалью. Вспыхнули и замигали равнодушные звезды. Черная пирамида огромной ели, подсвеченная восходящим месяцем, четко выступила на фоне звездного неба. Простонала в распадке ночная птица, видно, сетовала на неудачную охоту. Где-то рядом тявкнула лисица и, почуяв людей, быстро прошуршала по камням, стараясь поскорее миновать опасное место. Потом раздался треск и глухое сопение: это сохатый или олени пришли на водопой.

Жизнь продолжалась, все шло своим чередом..."

"Остроносый молодой месяц выплыл из-за ели и, удивившись широте мира, который открылся ему с высоты, застыл на месте, потеснив соседние звезды. Света он не прибавил, но ночная жизнь потекла более шумно и быстро. В ущелье завыли молодые волки, которым пока не слишком везло. Желудки их все еще были пусты, и потому серые разбойники пребывали в дурном расположении духа. Рявкнул медведь, скорее добродушно, чем сердито, вероятно, напоминал мелкой лесной братии, кто в этих местах хозяин. Громко и страстно заухал филин, разбудив эхо, и вновь все стихло, затаилось в унылой темноте ночи.

Людям ночь казалась еще более беспросветной и мрачной оттого, что они, боясь обнаружить себя, не могли разложить костер и вынуждены были укрыться в небольшом гроте под скалой. Он с трудом вмещал трех человек, причем ноги все равно находились снаружи. Но в этой тесноте было тепло и уютно, и Маша даже умудрилась задремать, прислонившись к Митиному плечу.

Мужчины изредка шепотом переговаривались, обсуждая, как лучше и безопаснее выйти к заимке. До нее оставалось не более пяти верст, и они решили отвести час на отдых, чтобы потом уже без остановок добраться до места.

Антон только что вернулся из разведки. Вокруг по-прежнему было спокойно, и, что удивительно, они до сих пор не встретили ни одного человека.