Гребень Маты Хари

Тоже мне, Рокки нашелся, идиот! Реакция у него была как у беременной черепахи, так что я приготовилась и нанесла удар, как нас с Инкой учили на курсах самообороны. Метила в живот, а попало ниже, ну, еще лучше. Витька даже не крикнул, он как-то странно захрипел и плюхнулся на пол.

За это время наркоманка успела наконец справиться с замком и выскочила на лестничную площадку. Одним прыжком, как львица на охоте, я скакнула за ней. В голове шумело от ярости.

– Отдай вещь! – Я дернула ее за руку, вазочка выпала из-под грязного балахона и покатилась вниз по лестнице со звоном. Девица тут же вцепилась мне в волосы. Было ужасно больно, из глаз брызнули слезы. Я со всего размаху наступила ей на ногу, что-то хрустнуло, но, оказалось, это развалился ботинок.

Тем не менее она отвлеклась, и волосы мои отпустила, зато попыталась укусить, но я была начеку. Да у нее, наверно, болезней больше, чем в медицинском справочнике, так что ее укус опасен, как укус королевской кобры.

Ярость моя улеглась, было ясно, что эта хоть и наркоманка, но силы у нее есть, не то что у Витьки. Она шипела ругательства, плевалась, но я, получив свободу маневра (лестничная площадка была огромной, можно отдельную прихожую отгородить), наступала по всем правилам боевого искусства, загоняя ее вниз.

Вот шла бы она отсюда, ясно ведь, что не получится у нее вазочку попереть. Но нет, видно, организм требовал дозы, и она была готова на все. Что ж, война так война.

Она подалась вперед, я уклонилась и сделала ответный выпад. Удар в плечо не причинил ей особого вреда, но она шарахнулась в сторону, и развалившийся ботинок ее подвел. Она наступила на шнурок, не удержалась, рухнула на спину и покатилась вниз по лестнице.

Было такое чувство, что падает скелет, до того она гремела костями. На шум открылась дверь соседней с нашей квартиры и выглянула мадам Сипухина.

Сипухины – большая семья, отец, мать и трое почти взрослых детей. Еще свекровь, вот эта самая Валентина Ивановна. Точнее, ее бы на первое место поставить, она в семейке главная, все у нее по струнке ходят. Она раньше работала на каком-то заводе мелким начальником и Маргариту Романовну недолюбливала, как чуждый элемент.

После перестройки, когда заводик потихоньку накрылся медным тазом, а Сипухину выперли на пенсию, она стала строить своих домашних, но удовольствия от этого получала мало, потому что сын ее мигом уматывал в командировки, невестка молчала, а детям вообще было все по фигу. Тут как раз вселился к нам Витька, и перед Валентиной Ивановной открылось обширное поле действий. Она забрасывала жалобами все инстанции, это из-за нее участковый бедную Маргариту Романовну просто возненавидел. Ну, с ним вчера мы вроде бы подружились.