Гражданин начальник

Андрей закрыл глаза и снова увидел перед собой дорогу, мчащиеся грузовики, километровые столбы, мелькнул дорожный пост, рефрижератор, который несколько раз надежно прикрывал его от бдительных глаз, потом мелькали лесные тропинки, дорога через поле. Получалось, что он словно бы ехал в обратную сторону, постепенно приближаясь к даче Голдобова. Через минуту перед его глазами уже прошли зеленые ворота, белые голубки, клювиками ткнувшиеся друг в друга, опасная тяжесть канистры, слабый желтый огонек зажигалки и пламя, метнувшееся к дому вверх по крыльцу, по коридору... И вопль, дикий звериный вопль... «Ну что ж, я обещал им, что вскорости мучения закончатся, свое обещание выполнил. По-моему, они там недолго барахтались», – с какой-то отстраненностью подумал Андрей. И тут же увидел себя входящим в дом, увидел растерзанную Свету, безуспешно пытавшуюся прикрыться грязной простыней, Подгайцева в длинных трусах и растянутой майке, Феклисова с пахом, выпирающим из тренировочных штанов, Махнача... И какая-то у всех была... Сытость. Вроде как наелись.

– Ну что ж, – прошептал Андрей, – приятного аппетита.

Скосив глаза, он увидел, что Света наконец заснула. Осторожно сняв с груди ее руку, немного отодвинулся. Света спала. Тогда Андрей поднялся, принес из дома одеяло и накрыл ее. Света что-то произнесла невнятно, перевернулась на бок, подложив ладошку под щеку. Взглянув на свою ладонь, Андрей увидел, что пальцы дрожат. Он попытался растереть их, размять, но ничего не помогало. Тогда он прошел в угол сарая, снял куртку, только сейчас догадался снять ее, несмотря на жару. И неожиданно рука наткнулась на пистолет, до сих пор торчавший за поясом. Он осмотрел его со всех сторон, удивляясь результату, который произвел этот маленький невзрачный предмет. И бросил на куртку. Сверху на пистолет положил рубашку, потом брюки. Он уже не мог находиться в этой одежде, ему казалось, что вся она забрызгана кровью, что кровь осталась на руках, что пальцы слипаются от крови.

Странное нетерпение охватило Андрея. Оставшись в одних трусах, он с беспокойством оглянулся, осмотрел себя – что еще можно снять, чтобы убить ощущение липкости? Убедившись, что Света спит, вышел из сарая. Солнце уже склонялось к закату. И тогда, не раздумывая больше, он направился к реке. Пройдя метров сто через луг, заросший высокой травой, он оказался на берегу. С ходу, не останавливаясь, вошел в воду, нырнул. Несмотря на жару, вода была холодной, и он с удовольствием погрузился в нее, продолжая смывать с себя несуществующую кровь. И чувствовал – становилось легче. Ключевая вода уносила пыль дорог, вонь разлитого бензина, запах преступления.

Продрогнув, Андрей вышел из воды и сел на солнце, чтобы согреться.