По лезвию грани

Они ждали его.

— Мы пришли с миром, — объявил снаружи мужской голос. — Не стреляйте в нас.

Ричард отодвинулся от плиты.

— Это мой брат.

— Я впущу его, — сказала она.

Шарлотта отперла дверь и распахнула ее. На крыльце стоял мужчина лет тридцати с небольшим, держа в руках толстую кожаную папку. Сходство определенно было: похожие волосы, за исключением того, что Ричард причесывал их, а Кальдар оставил в беспорядке; похожие лица, оба красивые, с четко очерченными подбородками и ярко выраженными скулами; одинаковый рост. И все же они были разными. Черты лица Ричарда были благородны и горды, в то время как Кальдар был красив по-плутовски, с диким блеском в глазах и очаровательной улыбкой. У нее было ощущение, что он часто улыбается и легко лжет, в то время как каждая из редких улыбок Ричарда была подарком.

Кальдар моргнул.

— Ты кто?

— Я Шарлотта, — сказала она.

— Очень приятно. Скажи, Шарлотта, ты не видела Ричарда? Такой задумчивый парень, примерно с меня ростом, но гораздо уродливее и не имеющий чувства юмора?

— Уродливее?

— Ну, может, не уродливее как таковой, но определенно более меланхоличный. Его беда в том, что он слишком много думает. Это мешает ему наслаждаться жизнью. Ты его видела?

— Он внутри, готовит.

— Готовит? Он терпеть не может готовить.

Кальдар переступил через порог и дернулся влево. В дверном косяке проема, где только что была его голова, торчал нож. Кальдар щелкнул пальцами по лезвию.

— Видишь? Никакого чувства юмора.

— О чем ты говоришь? — Ричард поднял брови. — Мне показалось, что выражение твоего лица было чертовски смешным.

— Кто ты и что сделал с моим братом?

Вслед за Кальдаром в дверь вошел юноша. Безупречно сшитый пиджак облегал его стройную фигуру. Он двигался с непринужденной элегантностью, которой многие голубокровные стремились достичь на уроках танцев. Он шел не только с гибкой грацией, но с определенной уверенностью, не танцор, а скорее фехтовальщик. Его светлые волосы были отращены, что обычно указывало на мага, и подчеркивали четкий разрез его лица все еще тронутого мальчишеской мягкостью. Он повернулся к ней. Знакомые голубые глаза смотрели на нее с лица, которое уже привлекало внимание, что означало, что через несколько лет этот эффект будет разрушительным.

— Джордж? — ахнула она.

— Доброе утро, миледи. — Он взял у нее метлу. — Я домету.

Она попыталась соизмерить грязного мальчишку с безупречным принцем голубой крови и потерпела неудачу. Пазл никак не складывался.

— Ужасно, не правда ли? — Кальдар покачал головой в притворном смирении. — Взгляните на уровень конкуренции, с которой мне приходится иметь дело. Знаете ли, женщины моложе двадцати пяти даже не замечают меня, когда я таскаю его с собой.

Джордж закатил глаза.