По лезвию грани

Странно, но, несмотря на то, что она полагалась только на свои собственные резервы, она не чувствовала себя опустошенной. Убивать стало легче, чем в прошлый раз, и в следующий раз будет еще легче. Она оказалась на скользком склоне… ей приходилось бороться, чтобы не соскользнуть вниз.

Один из людей Джейсона подошел к ним, увидел Шарлотту, все еще окутанную магией, и остановился на полпути, сохраняя дистанцию. Он посмотрел на нее, перевел взгляд на пульт, неловко переминаясь с ноги на ногу…

— Хочешь, я передвинусь? — спросила она.

— Да, — выдохнул он."

"Шарлотта сделала два шага вправо, прочь от пульта к двум другим мужчинам рядом с Джейсоном, которые выглядели отчаянными головорезами. Головорезы шарахнулись от нее, пятясь. Джейсон не дернулся, но его лицо застыло в жесткой, безличной маске. Он был глубоко напуган и решил не показывать этого.

Она почувствовала себя совершенно одинокой. Вот каково это — быть изгоем.

— Миледи, — пальцы Ричарда коснулись ее руки.

Она чуть не подпрыгнула.

Он предложил ей руку.

— Могу я?

Шарлотта положила пальцы на его предплечье и встала рядом с ним, болезненно осознавая, что их ноги почти соприкасаются, и потоки ее магии обвивают его. Она осмелилась взглянуть на него. Его лицо было расслабленным. Он оглянулся на нее и улыбнулся, будто они остановились во время прогулки в парке, чтобы полюбоваться цветами. Это заставило ее почувствовать себя человеком.

Почему, почему она не приняла приглашение Элеоноры навестить ее семью? Если бы она встретила Ричарда год назад, все могло бы сложиться совсем по-другому. Он был из тех мужчин, с которыми она всегда мечтала познакомиться. Сильный, благородный и добрый. Он тоже убийца, прошептал раздражающий голос в ее голове. Ну, и она от него не отстает.

Теперь уже слишком поздно. Они были на корабле, несущем смерть. Романтические фантазии ни к чему ее не приведут. Она отказалась от этой роскоши.

Шарлотта смотрела прямо перед собой. Вдали маячил большой остров. Два порта обрамляли его берег. Справа в океан уходили красивые каменные пирсы, по бокам которых стояли изящные яхты и частные катера. Живописные пальмы раскинули свои веерные листья, а широкие дороги, освещенные голубыми и желтыми фонарями, уходили вглубь острова, к пастельным домам бирюзовых, белых, желтых и розовых оттенков. Слева более грубые пирсы служили убежищем для буксиров и барж, ведущие к обшарпанному дощатому настилу и враждебным темным улицам. Чуть левее морской форт из серого камня врезался в океан, контролируя оба порта.

— Где мы, черт возьми? — спросил кто-то.

Ричард выругался тихим, свирепым звуком себе под нос и спохватился.

— Мои извинения.

— Что это за место? — спросила Шарлотта.

— Исла Дивайн На, — сказал он.