Хозяйка графских развалин

— Как угодно, ваше сиятельство, — цедит Медведь.

— Спасибо, — улыбаюсь я.

Гарет приподнимает уголок губ, его улыбка расцветает в его глазах.

На миг трюм словно перестаёт существовать. Есть только мы вдвоём.

Идиллию разбивает строгое покашливание. Представителю страховой наши с Гаретом переглядывания совершенно не интересны. Убедившись, что ларец я забрала, он разрешает уложить осмотренные свёртки обратно в сундук и опечатывает его магией.

— Предлагаю продолжить в моей каюте, — приглашает капитан.

Все держатся как ни в чём не бывало, словно только что не было этой непонятной инициации, только Гарет поглядывает на меня, готовый в любой момент подхватить, поддержать."

"Мы поднимаемся наверх, и подъём по лесенке, совсем небольшое усилие, даётся мне неожиданно тяжело, меня снова охватывают слабость и головокружение, поэтому я почти не слежу, куда мы идём, лишь отмечаю, что чиновник запечатал трюм магией, причём изнутри. Магический узор паутиной оплетает сундуки, стены, пол и потолок. Даже если разобрать, например, половицы в непредусмотренном для спуска месте, незаметно подменить сундуки не получится.

Капитанская каюта оказывается неожиданно просторной. У стены широкая койка под идеально заправленным одеялом. Большую часть пространства съедает стол, от края до края укрытый картой. Дневной свет льётся через иллюминатор, за которым видна вода.

Чиновник рассыпает свои бумаги поверх карты, чешет под глазом, и я заставляю себя встряхнуться, собраться. Сейчас не до любопытства, надо разобраться со страховкой. То, что Гарет упёрся по поводу корабля, мне не нравится, но я всё же попытаюсь понять, в чём подвох.

Только вот подвоха как будто и нет.

Хмурясь и бормоча под нос, чиновник скрупулёзно вносит в договор всё, что описал в трюме и переходит к разъяснению условий, а сам договор передаёт Гарету.

Я без стеснения пристраиваю голову мужу на плечо. Пусть подобная близость на глазах у посторонних сто раз неприлична, я не пропущу ни одного пункта.

Гарет хмыкает и уступает мне документ.

— Ваше сиятельство?! — охает Медведь.

— Дани же интересно.

— Вы в край избаловали Даниэллу.

Но Гарет в ответ на упрёк лишь веселее улыбается:

— Мне нравится.

Приятно…

Пока мужчины препираются, я совершаю интересное открытие. Юридические тяжеловесные конструкции почти не вызывают у меня затруднений. Я вполне понимаю суть написанного. Куда больше затруднений с морской спецификой.

Сколько ни пытаюсь, я не могу уловить, в чём подвох. Любые проблемы с кораблём, которые приходят мне на ум, указаны в страховке — потопление, пожар, атака пиратов на большой воде.

— Мы пойдём вот здесь, леди, — капитан сдвигает документы чиновника и чиркает ногтем по карте.