Графиня Затерянных островов (СИ)

А ты меня жалеешь! Да без меня ты точно выживешь и, возможно, даже окажешься на свободе. Ты радоваться должна, а не рыдать белугой.

— Да что ты такое говоришь, Марочка. Ты нарочно на себя наговариваешь, ты же мне стала самым родным человеком, как сестра, я знаю, моей силы хватит, чтобы мы вдвоём сбежали, ты только не умирай, пожалуйста. Я не хочу-у-у-у. Я всё-всё сделаю, ты только научи что надо.

— Ну всё, хватит, поживу ещё. Слушай, расскажу тебе план свой до конца, вдруг и правда вместе проползём.

И Мара рассказала: оказывается Рок не так уж и одинок в море, если плыть на север от Рока — да-да и в этом мире есть северная звезда, то через несколько миль (внимание! — по легенде — ха-ха) находятся Затерянные острова. Эти острова всегда покрыты туманом, поэтому мореплаватели обходят их стороной, да и нет на них ничего живого. Но по той же легенде, старый король, тот, который был до нынешнего, смещённого герцогом Клински, оставил в пещере на одном из островов огромный клад. Зачем никто не знает, и про клад тоже никто уже не знает, у Клински был шанс узнать, если бы он на Маре женился, но увы, не повезло чуваку. План острова и где расположен клад у Мары в «голове», и она каким-то образом мне эту карту в моей голове «нарисовала», так что я теперь тоже знаю где сокровища. И что самое важное, на острове есть то ли лодка, то ли корабль, на котором можно добраться до торговых морских путей.

В общем, мы богаты, но несвободны. И Марочка ещё помирать собралась.

* * *Мы решили, что теперь я буду к Маре «ходить», потому как ей тяжело и сил преодолевать магию стен всё меньше и меньше.

Каждый день у Мары было всё меньше сил и на наши занятия, она всё больше лежала или просила повторить ей то, что она мне наказывала выучить. Так прошло ещё несколько недель. Я продолжала «силой» продавливать стену одна без Мары, но даже мне — дурище, было понятно, что, скорее всего, на это уйдут годы. Но привычный распорядок дня позволял находить силы, чтобы жить и мечтать и с упорством ослика я ломала стену, потом дожидалась еды и после лезла к Маре, где и оставалась почти на весь день.

Так и сегодня, я привычно пролезла в жутилаз (это я его так про себя называла, потому как каждый раз, оказываясь в нём, приходило ощущение всё, этот раз последний), и позвала Мару, но даже уже привычного хрипа не было слышно. Мара лежала на своей лежанке неестественно ровно, как будто уже неживая, но глаза ещё выдавали, что она жива.

— Иза, наклонись ближе — попросила она

— Я начала плакать, не в силах остановить слёзы, потому как поняла, что всё, это последние минуты, когда мы вместе.

— Иза, я умру, и когда будет проверка камеры, они обнаружат, что здесь нет живых и тогда они придут.

— Да. А что делать, я не смогу заделать лаз, ой мы пропали-и-и — заголосила я.