Графиня из захудалого рода

– То, что господин генерал использует рукоприкладство, для меня не новость, и вчерашний инцидент тому доказательство, но постоянно поднимать руку на собственного внука?

- Прошу меня простить, госпожа графиня, - мужчина казался крайне взволнованным. – Я… сожалею, что не смог остановить генерала. Просто тот… считает, что дружба с наследниками сможет повлиять на судьбу Дитриха.

- Угу, сможет, - я полыхнула яростью и не стала вдаваться в подробности, как именно она может повлиять, зато, криво улыбаясь, заверила мальчика, что ничуть не огорчусь, если он не станет близко общаться с принцами, если не захочет.

- Спасибо тебе, Труди! Ты самая лучшая на свете, я всегда знал, что когда-нибудь у меня будет такая мама, как ты, а дедушка только смеялся надо мной и говорил, что маленькие глупые дети никому не нужны, – мальчик прочувственно обнял меня за колени, судорожно вздохнул и шмыгнул носом, не решаясь сказать ещё что-то.

Я хотела уверить его, что это неправда, редкие глупости и вообще, разве кто-то может не полюбить такого славного малыша, но побоялась, что расплачусь, как глупая сентиментальная девчонка.

Глава 17

Гувернёр, виновато посматривая в мою сторону, увлёк Дитриха, строго напомнив тому, что урок верховой езды на сегодня никто не отменял.

- Если ты, конечно, не передумал учиться ездить на Зевсе, - как бы невзначай добавил Герман, слегка приобнимая мальчика за плечи."

"- Ни в коем случае! – тут же просиял ребёнок, подскочил на месте от нетерпения и стал вслух размышлять о том, что ему же сегодня нужно будет не только учиться ездить, но и обихаживать своего пони, и пусть это не так весело, как может показаться, зато чрезвычайно ответственно. А он же ответственный?

Добившись от меня признания, что более ответственных пятилетних мальчиков за свою жизнь я ещё не встречала (не заостряя при этом внимания на том, что у меня среди знакомых вообще не водились какие-то дети) и моих уверений, что Зевс будет рад тому, что Дитрих самолично за ним ухаживает, мальчик расцвёл пуще прежнего. Одним словом, все неприятности были забыты, Дитрих лучезарно мне улыбнулся и отправился в сторону конюшен в компании своего гувернёра.

Я же разыскала взглядом генерала, пылая праведным гневом. Ах, ты, старая сволочь! Он, как и обещал накануне, вёл себя за столом тише воды ниже травы. И, если бы не его злобные взгляды и презрительно раздувающиеся ноздри, я бы вообще решила, что нашего деда подменили. А сейчас он, решив, что достаточно побыл в роли примерного дедушки, уже закатывался на своём инвалидном кресле в лифт.