Бессердечный граф

Возможно, после этого вы не станете называть их олухами и спросите себя, достойны ли вы их уважения.

– Боже правый! – пробормотал Уэстон. – А я не поверил брату… У вас и впрямь характер загнанного барсука.

Они обменялись взглядами со взаимным презрением и разошлись в разные стороны. К счастью, за обедом девушки поддерживали веселый разговор, и, казалось, только Хелен заметила напряжение между Кэтлин и Уэстоном. С каждым новым блюдом гость требовал вина, вынуждая помощника дворецкого бегать в погреб за очередной бутылкой. Кэтлин внутренне кипела от такой расточительности, но помалкивала, потому что Уэстон по мере опьянения больше раздражался. Как только обед закончился, Кэтлин поспешила отправить девушек наверх и оставила гостя в одиночестве с бутылкой портвейна."

"Утром она поднялась рано, оделась в костюм для верховой езды и как обычно, пошла в конюшню, где занималась с помощью мистера Блума дрессировкой Асада. В этот день она собиралась учить коня не шарахаться от незнакомых предметов, которые его пугали, но мистер Блум хоть и пошел вместе с ней, все же не верил, что сдерживание коня силой, особенно арабского скакуна, поможет ему преодолеть страх.

– Это только сломит его дух. Может статься, миледи, он переймет уверенность у вас. Он чувствует, что вы знаете, что для него лучше, и с вами он в безопасности.

Следуя указанию мистера Блума, Кэтлин взялась за повод и стала направлять Асада, чтобы сделал шаг вперед и шаг назад.

– Еще раз, – одобрительно сказал Блум. – Шаг назад и шаг вперед.

Асад казался несколько обескураженным, но слушался: легко двигался назад и вперед, как будто учился танцевать.

– Молодчина! – похвалил Блум, и было непонятно кого: своего подопечного или его хозяйку, – и вложил в левую руку Кэтлин хлыст. – Теперь в его голове не осталось места для страха. Это, может вам понадобиться.

Блум подошел к Асаду и начал раскрывать черный зонт. Конь вздрогнул и заржал, инстинктивно отпрянув от незнакомого предмета.

– Этот зонтик тебя пугает? – Блум закрыл и опять открыл зонт, потом еще несколько раз, одновременно обращаясь к Кэтлин: – Пусть задание, которое ему дано, будет важнее того, что пугает.

Кэтлин по-прежнему понуждала коня делать шаги взад и вперед, таким образом отвлекая от пугающего черного предмета. Когда он попытался вильнуть в сторону, она коснулась его стеком, возвращая на место и не давая отойти от зонта. Асад хоть чувствовал себя неуютно и прядал ушами, однако команды выполнял точно. Он нервничал из-за близости зонтика: его волнение выдавало подергивание шкуры, но не пятился.

Наконец старший конюх закрыл зонтик и Кэтлин с гордостью нежно похлопала Асада по шее.