Грабители

 — Хочу детей, как Василий, чтобы они все знали.

— Ну как ты там, Жак? — зашуршал из рации голос полковника.

— Все в порядке, сэр. Подъезжаем к городу. Я уже вижу каких-то людей…

— Человек «Сэр» из коробки, — понимающе закивал Торрик.

Между тем повозка выехала на некое подобие дороги, и вдалеке Жак не очень отчетливо увидел людей, бегущих им навстречу.

— Это друзья, — заметив озабоченность на лице Жака, пояснил Торрик.

— Я понял, — отозвался тот и снял винтовку с предохранителя.

Группа из двух десятков человек подбежала к самой повозке, и все они стали о чем-то кричать, обращаясь именно к Жаку.

— Они спрашивают, не будут ли ваши великаны разрушать город, — перевел Торрик.

— Э-э… Я пришел с миром, — ответил Монро, вспомнив фразу Торрика.

Его сопровождающий тотчас перевел сказанное, и народ, радостно загомонив, побежал обратно в город.

Лабух Торрика замычал им вслед и прибавил шагу.

Вскоре Жак увидел городские ворота. Их венчали две большие башни с балконами и ярусами. Сейчас они быстро заполнялись горожанами, которые, словно в театре, наблюдали въезд Жака Монро на территорию Урюпина.

Серые лица зевак отражали разные эмоции. Кто-то смотрел на пришельца с испугом, кто-то с интересом, а женщины даже с видимой симпатией.

Лабух цокал по мостовой копытами и прядал ушами. Торрик улыбался налево и направо, а Жак все так же крепко сжимал винтовку, в любую минуту готовый пустить ее в дело.

Сразу за городской стеной улица стала значительно шире и от нее стали расходиться ответвления. Несмотря на ранний час, уже сновало много народу. Никакого самоходного транспорта Жак не увидел — в основном двух— и четырехколесные повозки, запряженные черными, серыми и пятнистыми лабухами.

— Куда мы едем? — спросил Монро, не отрывая взгляда от окон, откуда в любую минуту можно было ожидать выстрела.

— В дом старосты города. Высокочтимого Мастара.

Между тем ажиотаж вокруг прибытия Монро постепенно спадал, и вслед за повозкой бежали лишь несколько мальчишек. Они кричали, подбрасывая в воздух шапки, и таким образом составляли своеобразный эскорт. Привлеченные их криками, а также непривычным видом Жака, некоторые горожане останавливались и провожали повозку взглядом.

В остальном все вели себя совершенно спокойно, и никто на лейтенанта пока что не нападал.

— Жак, как твои дела? — вышел на связь полковник Вильямс.

— Нормально, сэр, — отозвался Монро, — едем в дом к их старосте. Гражданские лица спокойны, на меня никто не бросается. Так что, может, выйдет что-то хорошее.

— Конечно, выйдет, Жак. Не может же быть все время плохо.

На этой оптимистической ноте они и распрощались.