Грабители

… Едва только шагающие машины приблизились к пирамидам, они сразу обнаружили предполагаемого противника. После сигнала тревоги весь охранный корпус был моментально приведен в боевую готовность и солдаты попадали в пыль, ожидая жестокой схватки.

Однако время шло и ничего не происходило.

Вскоре прозвучала команда «отбой», поскольку за наступавшего противника были приняты собравшиеся здесь местные жители. Их было довольно много. Тысячи две или даже три.

Сам полковник Вильямс вышел им навстречу, демонстрируя свою благожелательность. Находясь в кольце взвода охраны, он добродушно улыбался, понимая, что за спинами высокорослых бойцов коммандос ему ничто не угрожает.

Не видя за забралами лиц солдат, но угадывая их настороженность, люди остановились. Первые ряды расступились, и вперед вышли четверо, несшие некое подобие паланкина.

Слуги поставили носилки и отошли в сторону.

— Ну что. Монро, давай подойдем ближе. Как видно, сам он вставать не собирается, — сказал полковник, обращаясь к сопровождавшему его лейтенанту.

— Конечно, сэр. Давайте подойдем, — согласился лейтенант, чувствуя, что командиру немного не по себе.

Они медленно приблизились к паланкину, но человек, сидящий в нем, оставался неподвижен как статуя, и только ветер шевелил его длинные седые космы. Теперь стало ясно, почему старик не поднялся им навстречу. Ниже колен его ноги отсутствовали.

— Приветствую вас на земле Конфина, господа, — неожиданно произнес старик, и лейтенант с полковником переглянулись. — Надеюсь, вы пришли с миром?..

— У нас приказ, сэр, — коротко, по-военному ответил Вильямс. — А вы, простите, кто будете?

Уверенный голос и светское обращение старика озадачили полковника.

— Я Каспар Лермон, господа. Действительный член Академии наук по версии ФНС. Наверное, вы слышали о пропавшей экспедиции Лермона?

— То есть… — Полковник оглянулся, словно призывая взглядом солдат охранного взвода в свидетели. — То есть вы хотите сказать, что экспедиция не пропала?..

— Увы, господа, она пропала. Уцелел только я один, и то потому, что меня привалило каменной глыбой. Я лишился ног, но остался жив, а куда подевались мои коллеги, я не знаю.

— Но, мистер Лермон, почему же вы не заявили о себе, ведь прошло столько лет? — недоумевал полковник.

Лермон вздохнул. Казалось, он раздумывал, стоит ли говорить с этим военным, есть ли в этом какой-то смысл.

— Эти люди, полковник, — промолвил ученый, указывая на толпу местных жителей. — Они спасли меня, вытащив из пирамиды, а когда я выздоровел, то решил изменить свою жизнь. Я многое понял и на многое взглянул по-другому… И еще я осознал, что должен остаться на Конфине и, по возможности, помочь тем, кто здесь живет. Хотел отплатить им добром за их доброту ко мне.