Грабители

Монро невольно вытянулся. — Как обстановка, полковник? Я слышал, у вас неприятности?

— Так точно, сэр, — сказал Вильямс и еще раз покосился на трупы пилотов. — Ночью было совершено нападение, но, к счастью, мы этого ожидали.

— Ожидали? На каком основании?

— Интуиция, сэр. Если хотите, неприятные предчувствия.

— К сожалению, это единственное, что у нас есть. Через пару часов к вам спустится небольшая комиссия. Ну вы знаете для чего, полковник. Чтобы зафиксировать недружественные действия. Нужно переписать убитых солдат противника, номера частей, принадлежность…

Боюсь, это невозможно, сэр, — заметил полковник.

— Что, неужели вы их зажарили до неузнаваемости? Неужели нет и пары целых трупов?

— Трупов, увы, хватает, сэр. С одной и с другой стороны, но… Это вовсе не люди…

— Что вы такое говорите, полковник?! — В голосе адмирала, даже сильно искаженном помехами, слышалось раздражение.

— Я говорю то, что есть, сэр. В данный момент я нахожусь на подбитом трофейном судне. Прямо передо мной три мертвых пилота. У них какие-то жабьи головы и кровь похожа на коричневый кисель. Это не люди, сэр! — Последнюю фразу полковник почти прокричал.

На другом конце связи возникла пауза.

— Ну хорошо, полковник, не буду с вами спорить. Вы еще не отошли от тяжелого боя… Встречайте комиссию и с ней все выясните…

— Ты слышал? Он мне не поверил… — Вильямс обратился к Жаку.

— В это трудно поверить, сэр, — сказал тот, — Действительно трудно.

Когда они вышли наружу, солнце уже находилось в зените и от земли исходил сильный жар. Тем не менее солдаты сержанта Санчеса по-прежнему стояли в оцеплении и напряженно ожидали результатов осмотра.

— Санчес! — крикнул полковник. — Отбой тревоги, там только трупы.

— Сколько их, сэр? — подталкиваемый любопытством, сержант бегом бросился к полковнику.

— Трое. Но кто они, мы не знаем — знаков различия на них нет, — сказал Вильямс, намеренно опуская подробности.

— Приезжал Маркес, сэр, и начальник медслужбы Портер

— За этим дело не станет… — Полковник поправил мундир и, перейдя на официальный тон, приказал: — Сержант Санчес, половину людей оставить здесь, остальные пусть идут обедать. Солдаты должны получить горячую пищу. Потом первые заменят вторых. И захватите палатку, чтобы люди не жарились на солнце…

— Да, и еще одно. Внутрь никому не заходить — там может случиться все, что угодно.

— Есть, сэр… — кивнул Санчес и невольно покосился на проем.

— Между прочим, сэр, стена у него холодная, — заметил один солдат, стоявший возле подбитого судна.

— Холодная, — повторил полковник, — и не пропускает радиоволны.