Святой Грааль

Их прижали к дворцу, но дальше не шло — воины ощетинились копьями и мечами, а враги с завистью оглядывались на тех, кто уже волочил награбленное, срывал с женщин платья, вырывал из ушей серьги и выламывал пальцы, унизанные кольцами. Вождь племени, тоже в мохнатой шапке, огромный и толстый, люто орал, гнал сражение, но большинство предпочитало грабеж в уже захваченном городе, чем добивать последних защитников.

Четверка проскакала по краю площади, миновала привязанного к столбу древнего деда, двое тыкали в него горящими факелами, старик страшно кричал, воины орали. Олег успел услышать: «Деньги! Где спрятал золото?..» На другом конце площади зажатые в угол, десяток воинов в красных плащах отчаянно отбивались от огромного паука, размером с раскормленного верблюда. Паук умело и быстро плел сеть, взмахом передних лап, похожих на потолочные балки, набрасывал на жертву, тот безуспешно рубил мечом серебряную веревку, меч прилипал намертво, и паук быстро втаскивал отчаянно кричащего человека в страшную пасть.

Томас яростно заорал, увидя, как огромные челюсти паука сомкнулись на голове несчастного — кровь брызнула во все стороны, забрызгав камни. Воины, присланные королевой, забежали с боков, изо всех сил рубили мечами, но толстая шерсть паука не поддавалась, а хищные лапы ухватили второго, подтащили к жадно раздвинувшимся жвалам, откуда капала человеческая кровь.

— Пресвятая Дева, не допусти поругания человека насекомым!

Он выставил копье, наклонился к конской шее. Паук, заслышав грозный топот тяжелого коня, мгновенно развернулся, угрожающе поднял лапы. Два крупных немигающих глаза неотрывно смотрели на скачущего рыцаря, остальные шесть, поменьше, холодно наблюдали за воинами в красных плащах, что тоже замерли в недоумении и полном изнеможении.

Томас налетел как падающая с горы каменная лавина. Длинный широкий стальной наконечник копья с хрустом врезался в широкую грудь чудовища. Мохнатые лапы вытянулись, дотянулись когтями до рыцаря. Конь в диком страхе завизжал, как придушенный поросенок, взвился на дыбы, молотя копытами по мохнатым лапам. Томас выпустил копье, поводьями заставил коня попятиться.

Паук быстро и как-то бесшумно шагнул за ними, но копье уперлось древком в землю, удержало. Чудовище тянулось за отступающей добычей, такой хрупкой, копье погружалось все глубже, Томас слышал треск. Верхние лапы почти коснулись лица Томаса, однако остальные внезапно подогнулись, паук грузно осел всем мохнатым телом. Воины в красных плащах, тяжело дыша, уронили мечи и щиты, смотрели на неожиданного спасителя в стальном панцире.

Двое мрачных воинов, посланные с Томасом и Олегом, выехали вперед, один крикнул радостно:

— Тилак?.. Тилак, королева спасена!

— Уходите через восточные ворота.