Говорят под Новый год...(не) Истинная для дракона (СИ)

А дальше начался какой-то беспредел, нам раздали половинки сердечек и надо было найти похожую половинку и обменять, чтобы у пары собрались половинки, которые совпадут и, как только это произойдёт, то пара должна поцеловаться. И этот конкурс мы тоже выиграли. Вэл с молниеносной скоростью обменяв свою половину сердца, мне даже показалось, что парень, у которого он забрал нужную половинку, начал как-то нервно подёргиваться, притянул меня к себе и, когда его губы накрыли мои, мир вокруг перестал существовать."

"Всё, что было до этого поцелуя, стало неважно, важны были его руки на моей спине, мои руки на его шее, его язык, сплетающийся с моим и одно дыхание на двоих. Вэл остановился, и я услышала громкие аплодисменты от разгорячённых алкоголем отдыхающих, свист, и пошлые шуточки. Ох, и ничего себе, мы зажгли — подумала я и… нет, не покраснела, а… сделала шутливый реверанс, который привёл публику в ещё больший восторг.

А напоследок организаторы выдали всем парам по конфете, которую надо было съесть вдвоём, не прибегая к помощи рук. Вэл и здесь проявил креативность, потому что все остальные начали грызть конфеты, встречаясь на поцелуе, но не мы. Вэл изогнул меня и, двигаясь под звуки танго, «растопил» и слизал конфету с моей груди. К концу конкурса, я уже мало что соображала, в голове танцевали «феи-драже», внизу живота «порхали бабочки», а в груди подпрыгивал солнечный зайчик. Ноги подгибались и на пьедестал я «въехала» на руках у моего кавалера. Я вам скажу поднять меня с моим метр восемьдесят три, это вам не фунт изюма, я может, и похудела, но с моим ростом пушинкой точно не стала. А Вэл поднял, да ещё и на высоту первого места поднялся и держал меня так, будто готов был носить всю жизнь, и вот уже за это я ему «детей» окончательно простила.

Не успели мы войти на виллу, как словно сумасшедшие накинулись друг на друга, Вэл снова поднял меня на руки и понёс в спальню, не прерывая поцелуя, хотя поцелуем это было сложно назвать, Вэл целовал меня так, как, наверное, умирающий от жажды путник пьёт воду, после блуждания по пустыне. Он пил меня, а я… я дышала с ним одним воздухом. Как мы оказались полностью обнажёнными на кровати, я не помню, помню его губы и руки, бесстыдно блуждающие по моему телу. И нет, инициативу мне перехватить не удалось, я несколько раз взлетала, только увидев его голову между моих ног, и уже почти кричала — Вэл, я хочу тебя, я хочу тебя внутри. И вот он медленно, продолжая целовать меня, вошёл и сам выдохнул что-то типа — Ви-и-к-аа, а-а, я дома. И от этих слов, что-то вдруг взорвалось в моей груди, и меня затопил такой жар, что мне показалось, что я горю, но мне не было больно, и не было очень, очень хорошо, так хорошо, что мне показалось, что мы с Вэлом взлетели над кроватью.