Всегда говори «всегда»

– Громова! Скоро там?! Тебе аппарат вызывает! Москва! Слышь, Громова?!

Какая еще Москва? Почему Москва?!

Надежда распахнула дверь:

– Пошли быстрей!

За дверью обнаружился вахтер. Он держался за голову и охал:

– Е-мое! Ну, Кудряшова, у тебе не рука, а лом чугунный! Дверью человеку по лбу залепить! Это ж думать надо!

– Да ладно, – отмахнулась Надежда. – У тебя лоб небось тоже чугунный, ничего с ним не станется!

И кинулась догонять Ольгу, которая уже неслась по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

В трубке трещало. На пороге каптерки толкались вахтер с Надеждой. Вахтер забыл про ушибленный лоб и жадно тянул шею, чтобы не пропустить чего интересного. Не каждый день в общежитие среди ночи из самой Москвы звонят!

– Алло! Алло! Слушаю! – Ольга почти кричала.

– Громова Ольга Михайловна?

– Да! Это я!

– Это вас беспокоит рекламное агентство «Солнечный ветер».

– Какой Петер? Вас плохо слышно!

– Вы отправляли к нам на конкурс свои работы?

– На какой конкурс?..

Надежда протиснулась в каптерку, зашипела Ольге в свободное ухо:

– Конкурс, конкурс. «Морской прибой»!

– Вы меня слышите? Это агентство «Солнечный ветер»! Вы отправляли рисунки к нам на конкурс?

Надежда энергично затрясла головой, вырвала у ничего не соображающей и одуревшей от всего этого гама, крика и треска в трубке Ольги телефон:

– Да, да, отправляла, отправляла! Слышите? Да, это мы, и мы отправляли! Але!.. Да! Что? Наши работы на конкурсе первое место получили? Да, сможем приехать, сможем! Да, пишу телефон! Сейчас! Оля! Ручку дайте мне!

Вахтер сунул Надежде в руку огрызок карандаша.

– Да, да, пишу! – И она быстро принялась записывать на уголке газеты, которую вахтер читал на сон грядущий. – Гостиницу закажете, ага… Двадцать пятого награждение… Поняла… А премия, премия будет? Ага… А сколько?

Услышав сколько, Надежда подскочила, округлила глаза и прикрыла рот ладошкой.

– Ну что там? Что? – Ольга потянула трубку к себе.

– Твои рисунки выиграли первую премию! Три! Тысячи! Долларов! Да! Это я не вам!

– Сколько-о?

– Три тысячи! Долларов! Нет-нет, я вас слышу! Нет! Не надо нам на счет ничего переводить! Да, мы желаем денежки получить в руки! В руки, говорю! Ага! Да, мы точно будем! Да! Сто процентов!

В трубке запищали короткие гудки. Надежда прижала телефон к груди и заорала во весь голос:

– Три! Тысячи! Долларов! Двадцать! Пятого! Числа! В Москве! Первая! Премия!

Исчерпав на этом запас сил, она плюхнулась на стул. Стул, не выдержав такой экспрессии, жалобно скрипнул, хрупнул ножками и рухнул на пол, увлекая за собой Надежду.

…Потом они сидели на Ольгиной кровати, накрывшись вдвоем одним одеялом, и пили валокардин.

– Ты выпей, выпей! – уговаривала Надежда, пихая Ольге рюмку с вонючей жидкостью.