Государь

Наша Флоренция после 1494 года вела немало войн, но никто из флорентийских граждан не проявил себя в них с хорошей стороны; наконец в городе нашелся человек, который показал, как нужно командовать войском; это был Антонио Джакомини. Пока участие в войнах было рискованным, никто из прочих граждан не заикался о своих честолюбивых устремлениях, и при избрании комиссара и командующего войском у Джакомини не было соперников. Но когда началась война, исход которой не вызывал сомнений и которая сулила много почестей и званий, объявилось столько претендентов, что при избрании трех комиссаров для осады Пизы его вовсе обошли вниманием. И хотя никаких очевидных признаков ущерба, понесенного государством из-за отсутствия там Антонио, не наблюдалось, нетрудно себе представить, что при нем пизанцы оказались бы в настолько стесненных обстоятельствах, что, не в состоянии более обороняться и даже жить, они сдались бы на милость флорентийцев. Но поскольку осадой руководили вожди, не умевшие принудить их к этому, пизанцам удалось продержаться до тех пор, пока Флоренция не уплатила за сдачу города, который могла завоевать силой. Надо полагать, что все это могло вызвать негодование Антонио, который только в силу своего добронравия и долготерпения не пожелал отомстить, погубив при этом город или расправившись кое с кем из граждан. Всякая республика должна избегать этого, о чем идет речь в следующей главе.

Глава XVII

О том, что не следует наносить человеку обиду и потом поручать ему важные дела и должности"

"Каждая республика должна остерегаться давать важные поручения человеку, который претерпел от других тяжкие обиды. Клавдий Нерон, который покинул войско, противостоявшее Ганнибалу, и с частью его отправился в Марку, чтобы вместе с другим консулом сразиться против Гасдрубала, до того как он соединится с Ганнибалом, перед тем находился в Испании, где воевал также с Гасдрубалом; войско этого последнего ему удалось окружить в таком месте, что Гасдрубал должен был принять бой с невыгодой для себя или погибнуть от голода. Однако Гасдрубал под видом переговоров притупил внимание Клавдия и ускользнул от него, лишив надежды на победу. Когда об этом узнали в Риме, в Сенате и в народе поднялся ропот против этого полководца, и во всем городе говорили о нем с поношением, к немалому позору и ущербу для чести Клавдия. Когда же его сделали консулом и отправили против Ганнибала, он решился на вышеописанный отчаянный поступок, так что римляне пребывали в волнении и беспокойстве, пока не прибыли известия о разгроме Гасдрубала.