Государь

Ведь при вышеописанном образе действий правитель плохо обходится с подданными внутренних областей своей страны и заботится только о тех, что живут на границе, чтобы они были всегда готовы отразить врага. С этой целью он прикармливает властителей и народы, живущие в сопредельных с ним землях. Вследствие этого противник встречает в таких государствах некоторое сопротивление на границах, но, перейдя их, может двигаться беспрепятственно. Государи не принимают во внимание, насколько такой образ действий противоречит всякому здравому смыслу. Ведь доспехами следует покрывать сердце и другие жизненно важные части тела, а не его конечности, ибо без них оно продолжает жить, а лишившись сердца, умирает; упомянутые государства укрывают свои руки и ноги, а сердце оставляют незащищенным.

Подобный недосмотр, погубивший Флоренцию, можно, как и раньше, наблюдать и теперь: вражеское войско переходит границу, и когда оно углубляется в центр страны, противостоять ему невозможно. Сходным испытаниям подверглись венецианцы несколько лет назад, и не будь их город окружен водой, результат был бы тот же самый. Это не так хорошо видно на примере Франции, потому что мало кто может помериться силами со столь великим королевством. Тем не менее, когда англичане в 1513 году напали на него, вся страна была повергнута в трепет, все ее жители, и в том числе сам король, полагали, что после первого поражения он лишится своей власти и владений. У римлян все было наоборот: чем ближе подходил неприятель к Риму, тем ожесточеннее было встречаемое им сопротивление. Во время походов Ганнибала в Италию после трех поражений и огромных потерь как простых солдат, так и командиров они не только выдержали натиск врага, но и выиграли войну. Все дело в том, что римляне надежно защищали сердце и мало заботились о внешних частях тела. Основу их государства составляли римский народ, племена латинов, союзные города в Италии и колонии, откуда они получали столько солдат, сколько было нужно для завоевания и удержания в подчинении всего мира. Справедливость этого доказывает вопрос, заданный карфагенянином Ганноном гонцам, присланным Ганнибалом после победы при Каннах. В то время как они превозносили деяния Ганнибала, Ганнон спросил, обратились ли римляне с просьбой о мире и восстал ли какой-нибудь город в Лациуме и в колониях против римлян. И поскольку ответ в обоих случаях был отрицательным, Ганнон заметил: «Исход этой войны так же неясен, как и прежде»."

"Настоящие рассуждения, как и другие, приведенные выше, показывают, насколько различен между собой образ действий прежних республик и нынешних. Вследствие этого мы всякий день являемся свидетелями чудесных приобретений и чудесных утрат.