Государь

Римская знать всегда без особых смут уступала плебеям должности и звания, но когда дело дошло до ее состояния, она стала защищать его с таким ожесточением, что плебс прибег к крайним мерам, описанным выше, чтобы удовлетворить свои аппетиты. Зачинщиками этих беспорядков были Гракхи, намерение которых заслуживает большей похвалы, чем их благоразумие. Ведь нельзя назвать хорошо продуманной попытку устранить какой-то выявившийся в республике недостаток, учредив для этого закон, обладающий обратной силой; таким образом, как подробно было рассмотрено выше, можно только приблизить наступление беды, которой чреват указанный недостаток, но если выждать, она наступит позже либо со временем устранится сама собою, не проявив всех своих разрушительных сил.

Глава XXXVIII

Слабые республики нерешительны и склонны к колебаниям, сделать определенный шаг их заставляет необходимость, а не свободный выбор

Однажды в Риме разразилось моровое поветрие, и соседние народы, вольски и эквы, сочли этот момент удобным, чтобы ослабить его; собрав большое войско, они напали на латинов и герников, разоряя их страну, так что те были вынуждены снестись с Римом и просить его о защите; римляне были обременены эпидемией, поэтому они ответили просителям, чтобы те взялись за оружие и оборонялись сами, ибо помощи оказать невозможно. Этот случай говорит о великодушии и благоразумии римского Сената, а также о том, что при всех обстоятельствах он желал сохранить за собой право распоряжаться судьбой своих подданных и при необходимости никогда не останавливался перед тем, чтобы поступить вопреки обыкновению и принятым ранее решениям.

Я говорю об этом потому, что раньше этот же Сенат запрещал названным народам вооружаться даже для собственной защиты; если бы его члены были менее благоразумны, подобная уступка казалась бы им унизительной. Но римский Сенат всегда судил о вещах трезво и из двух зол избрал наименьшее: не оказать помощи своим подданным скверно, но так же скверно было бы разрешить им вооружить собственное войско, по вышеназванным и другим понятным причинам; тем не менее Сенат, понимая, что нужда заставит в любом случае взяться за оружие для отпора врагу, нашел достойный выход и пожелал, чтобы они сделали это с его разрешения, потому что, не подчинившись один раз по необходимости, покоренные народы могли обрести вкус к своеволию. И хотя всякому правительству следовало бы совершать подобные поступки, слабые и неразумно управляемые республики не отваживаются на них и не умеют обернуть такие трудности к своей выгоде. В свое время герцог Валентино захватил Фаэнцу и заставил Болонью принять его условия.