Государь

И можно отметить, что преемник первого царя, обладающий меньшей доблестью, чем тот, может удержать власть благодаря последнему и воспользоваться плодами его трудов, но если правление слабого царя слишком затянется или его наследник не сможет своей доблестью уподобиться первому правителю, этому царству угрожает крах. Напротив, если два доблестных государя следуют друг за другом, то они часто вершат великие подвиги и их слава превозносится до небес.

Давид, без сомнения, отличался великим военным талантом, ученостью и умом; доблесть позволила ему одолеть и разгромить всех соседей и оставить своему сыну Соломону умиротворенное царство, для управления которым тому было достаточно мирных, а не военных навыков, так что он счастливо наслаждался достоянием своего доблестного отца. Но Соломон уже не смог передать его своему сыну Ровоаму, который не обладал ни доблестью деда, ни удачливостью отца и едва сохранил за собой шестую часть владений. Турецкий султан Баязет, отдававший предпочтение миру перед войной, пожинал плоды трудов своего отца Мехмеда, разбившего, подобно Давиду, своих соседей и оставившего сыну незыблемый трон, который легко было удерживать мирными средствами. Но если бы его сын Селим, ныне царствующий, походил на отца, а не на деда, то его власти пришел бы конец; правда, его деяния, видимо, превзойдут дедову славу. Я привожу эти примеры, чтобы показать, что после выдающегося государя может удержаться слабый, но после другого слабого ему это не удастся, если только он не найдет опору в существующих издревле обычаях, как во Франции; слабы же те государи, которые не уделяют должного внимания войне."

"Итак, из этого рассуждения я делаю вывод, что великая доблесть Ромула дала Нуме Помпилию возможность много лет управлять Римом мирными средствами; но ему наследовал Тулл, своим свирепым нравом напомнивший Ромула, а после него на престол взошел Анк, от природы наделенный как мирными, так и военными дарованиями. Сначала он старался поддерживать мир с соседями, но тотчас же убедился, что они считают его изнеженным и ни во что не ставят; тогда он понял, что Рим можно сохранить только посредством войны, подражая Ромулу, а не Нуме.

Этот пример поучителен для всех государей, наделенных властью: подобные Нуме будут пребывать у нее, пока времена и судьбы будут к ним благосклонны; но подобные Ромулу и, как он, вооруженные воинским духом и благоразумием, всегда удержат власть, если только не вмешается непреодолимая враждебная сила. Можно с уверенностью утверждать, что если бы Риму не достался в качестве третьего царя человек, который сумел восстановить его влияние вооруженной рукой, то город никогда бы не смог потом оправиться, разве что с превеликим трудом, и не достиг бы такого величия.