Лихие гости

Изогнулся, изображая поклон, и голосом, до крайней степени ласковым, спросил:

— Какое любопытство имеем, милые девоньки?

Бабы засмущались, повернулись разом, словно солдаты, всем своим видом показывая, что идут по спешной надобности и некогда им до крайности, и пошли уже, но Егорка, в спины им, будто досадуя:

— А я рассказать вам хотел… Погодите! Постоялый двор будем ставить…

Бабы снова, как солдаты по команде, развернулись еще раз и подскочили к Егорке. Глаза у них горели.

Егорка, приосанясь еще важнее, сообщил:

— Господин Луканин, богатый человек из Белоярска, будет постоялый двор строить. Распоряжаться там будет Данила Андреич, который из вашей деревни. А для увеселения господ проезжащих будут там содержаться приятные девоньки. Ну, приедет с морозу человек, ему чаю первым делом, водочки, а после — на пуховую перину и девонька мягкая под боком. — Глаза у баб становились круглее деревянных ведер, а Егорка продолжал: — У нас теперь большая забота имеется, чтобы девоньки наши мяконькие были, сладенькие, ну, сами разумеете, какие, ну, вот такие, как вы! Но сначала я должен пробу снять, удостовериться, что мяконькие. Куда вечером приходить?

Бабы дружно, враз, заплевались, одна даже ведра поставила и замахнулась на Егорку коромыслом, но он уже стрельнул на крыльцо, уселся на прежнее место и только похохатывал, прищуривая хитрый глаз, — донельзя был доволен самим собой. Не покидало его в последние дни этакое разудалое шутейство. А почему и не пошутить, если сегодня жизнь так складно складывается, а про завтрашнее даже и не думается…

Прискакал Данила. Разгоряченный, спрыгнул с седла на землю, сдернул с головы шапку и сел, остывая, на крыльце рядом с Егоркой.

— Куда бегал?

— Вчерашний день искал, упарился, а не нашел, — Данила ударил пятерней по шапке, лежащей у него на коленке, глянул на своего нового сотоварища и спросил: — А ты чего лыбишься, как дурак на Пасху?

— Бабы здесь смачные, — вздохнул Егорка, — на ночевку просился — не пущают.

И они оба, закинув головы, захохотали, так громко, что нерасседланный конь поднял голову и насторожил уши, словно недоумевал: чего, спрашивается, ржут?

18

Похохатывали поначалу, правда, не столь громко, и мужики, пришедшие вечером к сборне. Пришли, собираясь поглазеть на занятное зрелище. Да и то сказать: не каждый день такое в деревне случается.