Усадьба госпожи Ленбрау

Прошла мимо девиц, обсуждающих какую-то нахалку, у которой совсем нет совести. Сделала вид, что собираюсь идти дальше, но, как только обогнула их, свернула к лавке.

Иста шла за мной след в след. Несмотря на воинственность, при виде такого количества барышень она оробела. Я подумала, что надо бы отправить её с каким-нибудь поручением, но было уже поздно. Мы стояли у закрытой двери лавки.

– Эй ты! Вообще-то, тут очередь! – прилетело в спину, едва я потянулась к ручке.

Пришлось обернуться.

Одна из девиц выступила вперёд. Юная, едва ли старше Еженики, привлекательная, превосходно одетая. Сиреневое платье с изящной вышивкой по подолу и рукавам-фонарикам. Изящные туфельки, модная шляпка, украшенная пышными перьями.

На её фоне я смотрелась едва ли не нищенкой. Поношенное платье и стоптанные туфли хотелось снять и немедленно выбросить. Хорошо, хоть шляпу в этот раз оставила в дрожках. Однако и это не слишком спасало. Волосы наверняка растрепались. Лицо покраснело от встречного ветра. А пальцы были истыканы иголками.

– Таким, как ты, здесь нечего делать, – заявила другая, перо у неё на шляпке было одно, но его длины хватило на половину тульи.

– Вряд ли у такой оборванки есть деньги на модную сумку, – усмехнулась третья.

Я не ожидала подобной агрессии. И теперь только и могла, что беспомощно хлопать глазами. Если у себя в усадьбе я не задумывалась о внешнем виде, то сейчас, благодаря этим девицам, ощутила всю степень убогости своего наряда.

– Извините, – пролепетала растерянно и уже собралась двинуться обратно.

Мне не позволила Иста. Сначала выставила ладонь, удерживая меня. Затем развернула обратно к двери.

– Мы не покупать, мы сумки привезли, – сообщила она девице и, распахнув дверь, чуть ли не втолкнула меня внутрь. – Чего это вы, барышня, удумали? Испугались что ль этих ряженых куриц? – Насмешливо спросила, проходя вслед за мной.

Я мысленно встряхнулась. Действительно, чего это я? Подумаешь, ряженые курицы. Стоит ли обращать внимание?

Едва над дверью звякнул колокольчик, из-за конторки выскочила Рамисса. Волосы у неё были растрёпаны, лицо бледное, а под глазами залегли тёмные тени.

– Нету у меня новых сумок! Я уже сказала – нету! – выкрикнула она с отчаянием в голосе, прежде чем разглядела меня. – Госпожа Ленбрау…

Моё имя в её устах было похоже на стон. Она покачнулась, оседая назад. К счастью, за её спиной стояла конторка. И Рамисса облокотилась на неё.

Я бросила корзину у порога. Одновременно с Истой мы подбежали к хозяйке лавки, подхватили её с двух сторон под руки и усадили на стул.

– Поищи воды, – велела я Исте. А сама схватила журнал со столешницы и начала обмахивать лицо Рамиссы.

– Что случилось? Вам плохо? Вы заболели?

Она не отвечала. Только качала головой.