Ювелирная лавка госпожи Таниты

Пока все складывается удачно, если можно так выразиться.

Я видела, какой радостью загорелись глаза двойняшек, когда мы заходили во двор. Еще бы, они так давно не были дома! Только сейчас тут нет их любимого отца, есть только я. Женщина, которую они принимают за тетю. И лучше бы нам поговорить откровенно, постоянно жить, храня тайну и боясь, что настоящая Танита однажды вернется, тяжело и рискованно.

– Вернулись! Вы посмотрите, снова дома! – послышался радостный голос тетки Свэньи. Такое чувство, будто она все время дежурит возле забора, шпионя за соседями.

– Здравствуйте, тетушка! – в один голос прокричали дети.

– Вот радость-то какая! Чего вы там накупили? Пир устроите в честь возвращения?

Я подошла ближе, чтобы перекинуться парой фраз. Дети за моей спиной опять зашуршали бумажками.

– Тетка Свинья. Хрю-хрю, – сдавленно зашептал Тимош, а Варда захихикала.

Я метнула строгий взгляд через плечо. Вот тебе и ангелочки! Лишь бы соседка не услышала. Но мелкие меня проигнорировали, продолжили пакостно хихикать и подхрюкивать.

Свэнья ничего не замечала, продолжая болтать, а я лишь беспомощно шикала на племянников и отвечала как можно громче, пытаясь приглушить звуки детских шалостей.

– Заходите к нам на чай, – пригласила я, и тетя Свэнья радостно согласилась.

– Конечно-конечно, только пирог испеку, и мигом к вам!

Оказавшись в доме, первым делом я отправилась на кухню разбирать покупки, а Варда с Тимошем затопотали по лестнице. Наверное, хотят увидеть свои комнаты. Накануне я разобрала их игрушки, кукол рассадила по полкам, вытерла кораблики Тимоша от пыли.

Не прошло и пяти минут, как со второго этажа послышались крики и ругань. Закатив глаза, я отправилась разбираться. Не хватало еще, чтобы эти непоседы подрались. Среди моих знакомых были братья и сестры, и я знала, что в детстве они все время ссорились из-за всякой ерунды, доходило до боев и разбитых носов.

Нет-нет, одного мне точно достаточно!

– Что происходит?

Дети стояли в коридоре напротив портретов, с которых смотрели покойные Малкольм и его жена. Варда вытирала заплаканные глаза, Тимош надулся и сообщил:

– Она постоянно ревет, надоела!

– Зато ты ногти грызешь и в носу копаешься! – яростно крикнула Варда и топнула ногой.

– А тебе завидно?

– Отстань от меня! Хочу и реву! Я по папе скучаю!

С этими словами девочка унеслась в свою комнату и хлопнула дверью.

– Зачем ты так? – я укоризненно взглянула на Тимоша. – Скучать по близким нормально, а в слезах нет ничего плохого. Они приносят облегчение.

– Своими слезами она мне только напоминает о плохом. Я тоже скучаю, но не ною, – героически сообщил мальчишка, хотя у самого глаза были на мокром месте.

Мне не хотелось читать нудные лекции о том, что чувства других надо уважать.