Госпожа Болотной Равнины 2

Правду сказать, так видали мы глубоко сосульки такие, из пола растущие. Они-то и подломили пол этой штольни, вот и не знали мы, что сосульки эти из павлиньего камня были… - один из тех людей, кто пошёл в штольню искать наших детей достал из своего мешка горсть таких же камней."

"Я молча кивала головой на слова мужчины – малахитовые сталагмиты могли запросто обрушить основание штольни, да и не только его, полностью вход могло завалить. Так что Рошалю крупно повезло, по сути… опять же, малахит – это вам не золото, так что с этим камнем проблем не будет. «А если он соберётся разрабатывать и заниматься продажей, так есть у нас на примете один ювелир из Ораховаца» - деловито сообщила шиза, чем вызвала у меня лёгкую улыбку…

Андрей действительно развил бурную деятельность, так что вскоре эта штольня была разобрана от пустой обрушенной породы, и он стал ещё немного богаче… но это было позже, а пока он с тоской смотрел на корявые камешки в своих руках, понимая, что с этим придётся теперь что-то делать, и просто так вот забыть про эти находки не выйдет – работники каменоломни не дадут!

- Анелия, что вы там ещё упоминали про Орфея и Эвридику? Эта история поможет нам обнаружить алмазы? А то есть у меня ещё две штольни, они, правда, затоплены давно, но чем чёрт не шутит… - со вздохом спросил Андрей.

- Боюсь, что это просто история про любовь, и про то, как её можно легко потерять… - устало улыбнулась я.

- Нет, полагаю, что любви мне достаточно… - призадумался Рошаль, а я просто порадовалась, что это не слышит Анджи.

Спустя пару дней мы отправились в обратный путь. Солнышко грело почти, как летом, так что я прибывала в приятной расслабленности. И тут мой взгляд упал на небольшой сувенир, который вручил мне перед нашим отъездом Андрей Рошаль. Я нетерпеливо вскрыла пергамент, и обнаружила под ним доску для письма и целую пачку бумаги с графитовым карандашом. Записка, вложенная в этот подарок, гласила: «Дабы вашим сказам было достойное оформление!»

Я невольно улыбнулась – никогда ранее не задумывалась о том, что мои «сказки на ночь» могут быть кому-то интересны, кроме Лизки с её вечной жаждой приключений и Данки, «страсть, как до жалости всякой охочей»… я подумала немного, прикрепила бумагу к доске для письма, и осторожно вывела на бумаге: «В некотором царстве, в некотором государстве, жил-был царь! И было у царя три сына…».

Наша карета постепенно замедлила ход, а после и вовсе остановилась.

- Повозки гружёные впереди идут… не разменёмся мы… - виновато косясь на меня, поведал наш новый кучер. После ухода Мирко он заступил на этот пост, да только до сих пор робел перед хмурым выражением лица моего дорогого супруга.

Я выглянула в окно кареты и действительно увидела впереди нас две крестьянские телеги, доверху гружёные скарбом.