Госпожа проводница эфира

— Где наш отель?

— В дырке в стене!

— Что, правда, что ли? — Я обернулась и расхохоталась.

Ох, ну и театр абсурда. Слов нет.

В стене за фонтаном появилась дверь. Ага. В отель.

Леслия подскочила и полным изумления голосом вопросила:

— А так можно было?!

Тут дверь приоткрылась, и из нее осторожно выглянул Феликс.

— Приветствую, Агата. Друзья, доброй ночи. А почему мы тут?

И вот тут мы трое не выдержали и расхохотались. Бедный филиур не понимал причины нашего истерического смеха, переводил взгляд с одного на другого и ждал.

— Феликс, я нашла тело Этьена. Вот эту статую мы должны выкрасть. Сможешь провернуть это масштабное и беспринципное ограбление в компании кронпринцессы сильфов?

Феликс озадаченно булькнул горлом и вытаращился на меня.

— О-о-о... — протянула Леслия.

— Ориэль, а ты беги наверх, уведи нашего призрачного друга подальше от здания. Побудьте в парке. Мало ли как отреагирует магия, охраняющая статую. Вдруг закоротит что-то. Потом будем думать, как их соединить, а пока хотя бы утащить тело.

Цейлин бросился наверх, а я повернулась к сильфиде и филиуру и с важным видом произнесла:

— Благословляю вас на преступление, не имеющее аналогов в истории миров, бесценные вы мои. Вы должны украсть для меня мужика.

Это было самое нелепое, самое странное и несуразное похищение. Мужика. Ага.

Уволокли его в итоге вместе с постаментом, потому что они были склеены намертво. А еще это было неимоверно смешно. Потому что, пока два волшебных существа колдовали и пытались отковырнуть статую от постамента, постамент от дна фонтана, я бегала вокруг и причитала:

— Осторожно! Не отломайте ему руку. Бережнее! Не отколотите ему нос! Ой-ой, ну вы с ногами-то поаккуратнее, а то останется наш Этьен безногим. А-а! И безруким! Как мне его тогда по назначению использовать?!

Леслия уже изнемогала от смеха.

— И ничего смешного! — погрозила я ей пальцем. — Мне еще как-то переселять душу нашего кобеля в это хрустальное тельце. Помыть бы его только, а то пачкается.

В общем, магия — это мощная штука. Выдрали с мясом постамент из дна фонтана, на воздушной подушке протащили в отель. Дверной проем расширился, как это происходило обычно для входа крупногабаритных гостей.

Уже в холле, прикинув, я велела:

— Тащите его наверх, в номер-пляж. Пусть у моря стоит. Подышит свежим воздухом, проветрится, от влажного йодированного воздуха быстрее слезет краска.

Наконец статую установили. Пришлось как следует закопать постамент в песок, чтобы не заваливалась. Наш хрустальный Этьен смотрел на море.

Все же тот старик-маг извращенец какой-то. Ну прибил любовника жены в состоянии аффекта на почве ревности, так уничтожь и все. Зачем глумиться-то?

Никогда мне этого не понять.

Оставив добычу в отеле, мы выбрались обратно в подвал.