Госпожа Доктор

Кажется, она беспокоилась обо мне куда сильнее, чем я предполагала.

– Спасибо, – я мягко улыбнулась ей, пытаясь рассеять ее тревогу. Морщинки на ее лбу чуть разгладились.

Когда я закончила, она убрала посуду и повернулась ко мне.

– Лорд Локвуд хотел поговорить с тобой, когда ты проснешься, – сказала она мягко. – Я скажу ему, что ты готова?

Я кивнула, почувствовав, как внутри меня что-то дрогнуло. Я не знала, что именно он хотел сказать, но мое сердце почему-то забилось быстрее.

Его лицо, его голос – все это всплыло в моей памяти, вызывая странное, непривычное волнение.

Марта ушла, и я осталась одна. Наедине со странными ощущениями, что нахлынули на меня. Это было немного странно. Прежде я побаивалась его, но теперь… Памятуя, как бережно его руки держали меня там, в лесу.

Это было слишком… тепло."

"Мне не пришлось долго ждать – вскоре в коридоре раздались тяжелые шаги. Дверь приоткрылась, и в комнату вошел он.

Лорд Локвуд…

Его фигура выделялась на фоне мягкого света, льющегося из окна. Он выглядел усталым, темные круги под глазами выдавали его бессонную ночь, но в его присутствии было что-то неколебимое, стойкое. Что-то, что внушало мне ощущение покоя и одновременно волновало.

– Анна, – произнес он, его голос был низким, чуть хриплым, будто он долго молчал. Он подошел ближе, остановился у кровати. Его взгляд пробежался по моему лицу, будто он искал подтверждение, что со мной все в порядке.

Мне вдруг стало неловко, я только теперь поняла, что лежу перед ним в исподнем. Хоть меня и прикрывает шерстяное одеяло, все же это было дико странно. К тому же простоволосая, без этой строгой униформы горничной. Я словно была обнажена перед ним…

– Как вы? – он разрушил мое нарастающее волнение.

– Лучше, – тихо ответила я, чувствуя, как моя собственная твердость начинает таять под его пристальным взглядом.

– Могу я? – он указал на мою постель. Видимо, хотел присесть. Я кивнула.

Лорд опустился на край кровати, его движения были осторожными, будто он боялся потревожить меня. Он снова посмотрел мне в глаза, и в этом взгляде я заметила что-то, чего раньше не видела – беспокойство, смешанное с чувством вины.

– Анна, я... – он начал, но замолчал, будто подбирая слова. Его руки нервно сжались, а затем разжались. – Простите. Простите за то, что вам пришлось пройти через это. Вы не должны были... Я должен был защитить.

Его голос дрогнул, и я почувствовала, как мое сердце сжалось. Он действительно винил себя. Его слова были настолько искренними, что я не знала, что ответить. Я хотела сказать, что это не его вина, что он сделал все, что мог, но он не дал мне возможности вставить ни слова.

– Я не могу простить себе, что позволил случиться этому всему. Что этот... – он замолчал, сжав челюсти, будто само упоминание о Заке причиняло ему боль.