Госпожа болотной равнины

Каких-то внятных возражений не последовало, мы условились с Фило об условном стуке в дверь, для того, чтобы мы были уверены, что сюрприза не будет. Мой женишок поднялся с земли, одернул камзол и вытряхнул землю из ботфорт.

- Ну всё, я готов! - сурово сообщил нашим кустам Филип, и, насвистывая, с самым независимым из возможных независимых видов, прогулочным шагом отправился к толпившимся у бабкиных окон людям.

- Поползли поближе, надо успеть скрыться в его комнате, пока нас тут не нашли – сделал мне предложение Марик.

И мы, не встретив какого-то сопротивления с моей стороны, стали потихоньку передвигаться в сторону особняка. Сквозь низко висящие ветки мы заметили подходящего Фило.

- Бабушка! Что случилось с вами в столь поздний час? Я крепко спал в своей комнате, когда услышал лай Жюли… - Фило жизнерадостно улыбнулся и подбоченился, глядя на окружающих.

При виде Филипа Марко резко позабыл о том, что он хотел попасть в комнату этого красавчика, согнулся в беззвучном смехе, и в порыве веселья колотя себя ладошкой по коленочке. Я подслеповато прищурилась, пытаясь рассмотреть то, что так могло развеселить моего кузена. Господи, лиши меня глазынек! Дело в том, что наш мальчик радовал стоящих в ярком свете людей своим внешним видом – порванными бриджами на коленях, невероятно чумазым лицом, и запачканным в земле камзолом. Особенно интриговала сорочка, облепленная влажными листьями.

- Так где ты говоришь, почивал то, внучок? Неужто в соседней клумбе? – с угрозой протянула бабка Ванда, поднимая свою палку повыше.

- Щемись давай! – одними губами прошептала я, распереживавшись за судьбу парня. Я не допускала мысли, что он мог меня услышать, но прочувствовать совет был способен. Во всяком случае, он ему последовал. И всё бы ничего, да только не учёл Фило боевой характер бабкиной собачонки. Кто знает, быть может где-то там, в собачьей вселенной, в карме Жюли было начертано совершить подвиг сегодня, поскольку она с писклявым «гавом» выпала из окна прямо на голову убегающего парня.

« Ну вот! А ведь мог бы жить, да жить»! – грустно сказала шиза.

Глава 45

Глава 45

Если человек верит в то, что лекарство ему

навредит — оно ему навредит. Скорее всего.

Профессор Виталий Нападов"

"Возвращались мы с Марко обратно в гостиный дом в предрассветной дымке. Булочники уже вовсю выпекали хлеб в маленьких пекарнях, молочники гремели тележками, уставленными молочными бидонами. А мы, медленно и печально шествовали домой. Учитывая бессонную ночь и массу эмоций, что её сопровождали, было неплохо уже то, что мы вообще ноги передвигали. Прошедший мимо аптекарь покосился на нас и решил перейти на другую сторону дороги.