Госпожа болотной равнины

Я повис на нижней ветке, уцепившись за неё руками и ногами, как куль с…ну да, как куль! А уж производимого шума от меня было более, чем предостаточно. Я висел, обняв руками ствол и сдувая волосы с лица. Ну что ж, осталось совсем немного, а именно – выяснить, где располагаются комнаты малыша Фило. В некоторых окнах ярко горели свечи и раздавались голоса. Вот, точно они – эти три окна принадлежат Филипу. По какому признаку я позволил себе предположить, что это были комнаты предполагаемого женишка – я не смог бы ответить себе ни сейчас, ни потом…однако, всё по порядку.

Я уселся поудобнее и решил дождаться, покуда мельтешение теней за окном уменьшится и он останется один. Я вольготно расположился на ветке, разве что не посвистывал. И едва не пропустил тот момент, когда свет в его комнатах погас – очевидно – мальчишка собирался лечь спать. Как это скучно! Сейчас повеселю! Я набрал в горсть незрелых груш и тихонько запустил одну из них в окно предполагаемого похитителя женских сердец. Недолёт… печально, но поправимо. Я максимально далеко сполз со своей ветки, размахнулся и бросил грушу в окно. Бинго! Окошко резко распахнулось, и я увидел там лысое, беззубое чудовище, которое скалилось, глядя на меня."

"Мне кажется, что я упал в обморок ещё будучи в полёте. Правду сказать, полёт тот продолжался недолго и закончился моим бесславным падением в заросли ежевики. К стыду своему признаю, что не смог удержать в себе вопль боли и огорчения. Ну как же так – я долбился в окна бабы Ванги! А она ещё оказалась неодетой! Надо делать ноги! Если это милое создание велит меня изловить, то я думаю, что буду очень бледно выглядеть. Проклинал всё на свете – начиная от строителей, что построили такой высокий забор, что честным людям и лазить-то неловко, и заканчивая садовником, который посадил этот куст.

Я как раз успел на четвереньках уползти из под окон милой бабушки, когда ровно туда, где я так славно отдыхал несколько секунд назад, вылилось ведро воды. Слава Семину, что мои нервы были настолько напряжены, что я просто прошептал: «мама», а не заорал благим матом. Следом за водой полетело и само ведро, с жутким грохотом приземлившееся рядом со мной. Бабка, уже в парике, до пояса высунулась в окно, и стала визжать, как резаная. На её вопль, казалось, прибежали все домочадцы, включай это мелкое лохматое недоразумение по кличке Жюли, что вертелось рядом.

Из бабкиного рассказа следовало, что в её комнату лез какой-то маньяк, и хотел воспользоваться её беспомощностью и обесчестить.

Я вытащил несколько комьев земли из волос и отполз подальше в кустики, которые любезно меня приютили вместо бабкиной ежевики. Да уж... ситуация несколько щекотливая.