Госпожа болотной равнины

– Ваш дорогой кузен уже отписался из столицы о том, что он постигает науки морские, не щадя живота своего – старший из братьев Валер тряс у меня перед носом бумагой, на которой я с большим трудом (вероятно, писал при сильной качке) разобрала несколько строчек, в которых Стефан просил понять его верно и забрать домой. Ну, или хотя бы просто выслать денег.

Я равнодушно вернула письмо Марко, не переставая смотреть на то, как Данка хозяйствует на заднем дворе.

- В Дубовой Роще имеются батрачные крестьяне? – задала я крайне беспокоящий меня вопрос.

- Да нет… откуда… - протянул Марко, с пониманием глядя в окно – наша семья не сторонники подобного рода труда. Анна, ты пойми меня правильно, ты не хуже меня знаешь, что сломать существующий уклад вещей – невозможно. Человек сам загоняет себя в кабалу, а потом пытается из неё высвободиться. И ты должна понимать, что далеко не всем удаётся это сделать…

Марко давно покинул мою комнату, а я всё стояла и думала, кого он имел в виду, когда говорил о том, что залезть в рабство, погнавшись за материальной выгодой, легко и просто, а вот освободится от неё – порой невозможно? Мы говорили о бедной девочке Данке? Или всё-таки… о его женитьбе? Дело в том, что маменька нашей невесты считала неуместным ту явную симпатию, которую проявляла её собственная кровиночка по отношению к своему спасителю. Во время их присутствия за ужином стол дымился от пылких взглядом господина Рошаль и исходил ядом бессилия от папеньки нашей принцессы.

Я невесело усмехнулась своим мыслям. Судя по всему, жизнь нашу красавицу ничему не учит. Если очень понадобится, я готова снова стать «самым лучшим привидением на свете». Я просто не могу допустить для себя мысли, что все люди, ставшие за это время для меня самыми дорогими на свете, останутся без крыши над головой.

Безусловно, что наша торговля на рынке, продажа торфа принесут нам ощутимый доход, но у меня не было ни малейшей уверенности в том, что этих денег хватит и на оплату работникам, и на оплату по закладным. Да и гарантий, что дядюшка не сядет более за карточный стол – нет никаких…

Внезапно за воротами послышалось оживление. Я снова посмотрела в окно – хозяин гостевого дома с супругою спешили их открывать, поскольку приехало ещё несколько гостей: Матея уже упоминал о том, что пару комнат стояло свободными в ожидании постояльцев.

- Ох, ти мнеченьки, господа хорошие! Радость-то, какая снова вас видеть. А ведь господин Валер тоже прибыть изволили. С семьёю, значит. Третьего дня о вас справлялись, я уж утешил его – мол, будут у вас картёжные соратники.

«А вот и зверь на ловца бежит»! – без капли иронии подумала я, снимая тюрбан с головы.