Господин следователь. Книга восьмая

А что еще замечательно, так это то, что песня про бедолагу-кузнечика, мне засчиталась за поздравление невесты. Да, я знаю, что я человек многогранный, очень талантливый и прочее. Увы, быть талантливым во всем не могу. И с математикой не дружу, и в карты-шахматы постоянно проигрываю. Но ведь и на солнце имеются пятна, как же без этого?

А еще — не умею поздравлять своих родных и близких. Постороннего человека поздравлю без проблем, наговорю ему кучу комплиментов, а вот для родных получается не поздравление, а сплошной затык и неудобство.Что бы я, например, Леночке пожелал? Понятия не имею. Говорить какие-то избитые фразы язык не повернется, а сказать что-то сокровенное при всех не смогу. Это я лучше потом Леночке скажу, наедине и на ушко.

Поэтому, иной раз лучше промолчать. Молчишь — на самом деле за умного сойдешь.

Я ел, одновременно посматривая на Татьяну, потому что дочка моего бывшего недоброжелателя опять о чем-то спрашивала у Марии Ивановны, а та вообще не отвечала. И, судя по всему, Татьяна Александровна была этим очень недовольна. Мало того, что недовольна, так еще и демонстрировала свое недовольство соседке — женщине старше по возрасту, и выше по социальному положению. А это, по нынешним временам считается неприличным.

Вообще-то, мадмуазель Виноградовой следовало бы вести себя тише воды и ниже травы. Разумеется, дочь за отца не ответчица, но все (или почти все) присутствующие знали, почему ее папа был вынужден покинуть Окружной суд.

День ангела молодой девушки, это все-таки не банкет провинциальных купцов, где едят от пуза, а напиваются до одури и до поездок к цыганам. Так и у нас — официанты принялись убирать грязную посуду, накрыть стол к чаю, а у гостей появилась возможность сделать перерыв — встать, размять ноги, поговорить. А кому-то, вроде старших мужчин — сходить во двор покурить. Теща и тетушка принялись руководить переменой блюд, а Леночка виновато кивнула — мол, надо бы и с подружками пообщаться, тем более, что мадмуазель Виноградова вдруг резко засобиралась. В наше время бы сказали — девушка «психанула». И чего вдруг?

Но Татьяну никто удерживать не стал, а я облегченно вздохнул — не будет вопросов.

Воспользовавшись случаем, подошел к генеральше Лентовской.

— Иван Александрович, очень кстати, — улыбнулась Мария Ивановна. — У меня к вам огромная просьба…

— Весь во внимании, — обозначил я легкий поклон.

Госпожа Лентовская посмотрела по сторонам — не слышит ли кто, потом спросила:"

"— Иван Александрович, не могли бы вы в ближайшее время — завтра или послезавтра, зайти к нам в гости? Можно на обед, можно и просто, на чай.

— Конечно смогу, — кивнул я. — По службе у меня ничего срочного нет. Но приглашать лучше на чай.