Господин следователь. Книга восьмая

Естественно, что первый тост произнес Георгий Николаевич, порадовавшийся, что дочка выросла (будущая теща сразу же пустила слезу), вон, скоро замуж можно выдавать. И жених уже есть. Пожелал мне беречь свое ненаглядное чадо (а то я сам не знаю?) и слушаться советов старших.

Управляющий Белозерской казенной палаты говорил очень долго, вспоминая свою дочку едва ли не с младенчества. Некоторые эпизоды даже вызвали смущение у именинницы и мое недовольство. Мог бы, вообще-то, не вводить девочку в краску!

Разумеется, было интересно послушать, но если говорят слишком долго, то это наскучит. А нам уже и есть захотелось. Я стоял, уже не вникая в слова, думал, что зря не послушал названную сестренку, которая предлагала мне немножко перекусить — дескать, проглоти Ванечка кусочек хлеба с маслом, яичко вареное, а вдруг не сразу накормят? Отказался. Наемся, а как же праздничный ужин? Надо было слушаться. Анька плохого не посоветует.

Все-таки, на оратора нашлась управа. Его собственная жена, промокнув слезы, дернула супруга за полу мундира и тот понял, что пора закругляться.

Есть правило — если ты не знаешь напитка, который пьешь — не увлекайся, поэтому я только пригубил свой бокал. А вроде, и вкусно. Но это точно, что не шампанское.

Мы выпили, перекусили, а тесть уже дал отмашку официантам наполнить бокалы по новой. Этак, все может превратиться в банальную пьянку. Вон, шампанское (то есть, игристое) наливают лишь женщинам, а нам уже тащат коньяк.

Леночку сидела между родителями, хотя я считал, что невесте положено быть с женихом. Видимо, родители и тетушка так не считали, а может — папа и мама просто соскучились по дочери. Поэтому я оказался рядом с Владой. На мое счастье, дочку бывшего помощника прокурора усадили вместе с Марией Ивановной Лентовской. Кажется, Татьяна этому очень рада, потому что она сразу же принялась задавать жене моего начальника какие-то вопросы, а та только улыбалась и отвечала, судя по мимике, односложно.

— Иван Александрович, позвольте вопрос? — услышал я голос соседки.

— Можно просто Иван, — позволил я барышне перейти на ты, тем более, что ее мне представили просто по имени.

— Благодарю вас, — кивнула барышня. — Иван, а позволительно ли задать вам вопрос?

Я лишь кивнул, надеясь, что вопрос не по математике. Помнится, Леночка говорила, что Иванаева по этому предмету успевает лучше всех в классе, потому-то она стала слушательницей физико-математического отделения бестужевских курсов. Но вопрос барышня задала еще хуже. О внешней политике России.

— Мой двоюродный дедушка считает, что в прошлую войну нам следовало обязательно захватить Стамбул, а также взять под свою руку Босфор и Дарданеллы.