Господин из завтра. Тетралогия

«Змей» обещал поддержку. Хотя это еще ничего не значит. Что он мог сказать другого после заявления, которое, если отжать воду, озвучить все намеки и недосказанности, звучит примерно так: «Константин Петрович, я вас очень ценю и уважаю. Вы мой наставник, вас высоко ценил мой покойный отец. Но если вы попробуете мешать мне — раздавлю, как клопа! И душевными муками терзаться не буду»? Так что будем посмотреть. И следить…

— Серж!

— Да, государь. — Васильчиков весь внимание.

— Организуй-ка мне слежку за «Змеем». И прослушку тоже. Донесения — мне на стол. Каждую неделю…

Рассказывает Дмитрий Политов

Он же — Александр Рукавишников

Вот ведь не было печали — сидел себе тихо-спокойно на славной должности владельца заводов и пароходов — и так мне хорошо было… Вставал не раньше восьми часов утра да с полчасика сладко потягивался. Потом часовая тренировка, контрастный душ, массаж. Завтракал по-человечески — в отдельной столовой, на фарфоре, кашка да бутербродики с ветчинкой, чаек сладенький, газетка свежая… Неспешно покушаешь, статейки глазами пробежишь, папироску выкуришь, горничную Глашку за попку ущипнешь, пешочком из особняка до конторы прогуляешься — красота.

А теперь на ходу, между умыванием и одеванием, пару пирожков сжую — и то ладно! Ну, может, еще кренделек горячий, купленный на углу Мясницкой и Лубянки, по пути из дворца на службу съем. Уже и на утреннюю разминку с трудом десять минут выкраиваю. Некогда, некогда, времени практически нет — столько на меня сразу навалилось забот, — я ведь теперь не олигарх какой, а член Госсовета, мать его, глава Департамента промышленности, наук и торговли, в придачу граф и командир лейб-гвардии бронекавалерийского полка. Когда в крайний раз горняшку вечерком валял — уже и не помню. Встаю в шесть утра, спать ложусь в два-три, не до постельных утех. Жалею, что в сутках не тридцать часов.

Друг сердечный, его императорское величество, как-то после очередного доклада спросил участливо:

— Что-то ты, братишка, с лица спал — бледный какой-то, похудел! Мундир гвардейский как на вешалке висит! У тебя, часом, глисты не завелись?

— Иди ты в жопу! — вежливо ответил я. — С таким графиком работы, как у меня, — не до глистов! Я теперь как мокрая соль…

— Это как? — Олегыч удивленно наморщил лоб.

— Как-как… Не высыпаюсь! — усмехаюсь хмуро. — А еще раз так подъебнешь — в морду дам и не посмотрю, что хозяин Земли Русской!

— Ну ладно, извини, Димыч! — Николай делает вид, что раскаивается, а у самого в глазах бесенята веселые скачут. Как же — взбодрил друга!"

"Мне этой бодрости надолго не хватило — быстро рассеялась. С утра в присутствие — дела государственные, прием посетителей, просмотр рапортов, отвешивание люлей подчиненным.