Господин из завтра. Тетралогия

Черт, а ведь трубка уже была почти готова. Но после подобного признания со стороны господина Шенка она сама по себе выпала из рук. И табачок весь рассыпался… да и черт бы с ним, с табачком. Пусть хоть сгорит весь, сколько его ни есть! Вместе с долбаной вперехлест через клюзы Виргинией! Как это — нет связи???

— Так это все что — блеф? Владимир Петрович, а сам-то великий князь в курсе угрозы? Мы что…

— Полегче, Сергей Николаевич, — тихо, но как-то очень уверенно попросил гость. Неторопливо обновил бокал с «Киндзмараули», зачерпнул печеночного паштета. — Полегче относитесь к жизни, милейший господин Ковалев, а то еще инфаркт раньше срока грянет. В конце концов, сие не нашего ума дело… или вы все же решили принять мое предложение о смене работы? Ага, по глазам вижу, что согласны. А согласие, да будет вам известно, есть продукт при полном непротивлении сторон. Что ж — нет, великий князь не в курсе нашего дополнения к ультиматуму. И нет — это не блеф. Видите ли, получилось так, что я довольно близко знаком с его императорским высочеством и могу с уверенностью судить о его основательности и изобретательности. Если его вынудят оставить Сингапур военными средствами — генерал-адмирал выполнит все, перечисленное нами в ультиматуме, и сверх того. Сингапур проще будет отстроить на новом месте. А на старом — оставить памятный камень с надписью: «Здесь, мать нашу, стоял Сингапур, мать его, уничтоженный русскими, мать их». Хе-хе, хе-хе…

М-да. Общение с ирландскими повстанцами и английскими бандитами явно обогатило лексикон бывшего гвардейца. Интересно, а есть ли что-то непонятное этому прыткому господину с хорошими знакомствами?

Как ни удивительно, Владимир Петрович немедленно ответил на сей не заданный вопрос:

— Одно мне непонятно, дражайщий Сергей Николаевич. Вот за каким бесом господин Стивенс потребовал от нас голову губернатора Сингапура? Ведь чушь же, бессмыслица! Чем он им особенно опасен-то?

Неужели же главный террорист Англии столь по-детски некомпетентен в таких вопросах? Да и то сказать — молод еще, весьма даже молод. Ладно уж, спросим этого олуха вежливо, без иронии и насмешки.

— Быть может, тем, что способен предъявить телеграмму, в которой ему предписывается арестовать русскую эскадру? А вот если ни его, ни телеграммы не будет — легко будет представить дело как самоуправство господина губернатора. Лишняя возможность сохранить лицо при заключении мира. С другой стороны, без губернатора как весьма авторитетного свидетеля легко повернуть дело так, что именно наша эскадра и напала на мирно спящий Сингапур. И требовать адекватного наказания за пиратские действия."

"— Я тоже об этом подумал, — кивнул гость, вновь воздав должное грузинскому вину.