Господин из завтра. Тетралогия

После пятиствольной картечницы наступает очередь картечницы одноствольной автоматической. Так здесь пока именуют пулемет. Максим лично дает несколько очередей по доскам. Теперь видно, что рассеивание пуль по горизонту вполне удовлетворительное. Затем пулемет явно клинит, но хитрый Хайрем делает вид, что остановка в стрельбе запланирована заранее и использует возникшую паузу для смены мишеней. Его люди быстро устанавливают большой деревянный щит. Тем временем задержка устранена, в кожух долита холодная вода, и «максим» оживает. Зараза! Пули выписывают на щите вензель «А III». Черт, эффектно! Интересно, а Димыч-то своих стрелков на это готовил?"

"Заинтересованный Александр подходит к Максиму и изъявляет желание лично испытать оружие. Хайрем, с довольной мордой, усаживает императора на треногу и начинает пояснять устройство. Наконец его величество давит на спуск, пулемет дает короткую очередь, и его снова клинит. Максим спадает с лица и начинает судорожно оправдываться плохим качеством предоставленных для испытаний патронов.

Я тихонько подхожу к другу. Его вид выражает крайнюю степень безмятежности, словно происходящее является не более чем хорошо поставленным спектаклем.

— Мне кажется, или ты в натуре не «Единорог» привез?

— Да, это не «Единорог». Для показухи я взял агрегат с барышевской схемой! — с улыбкой отвечает Димка.

Ну и хитер, зараза! Ну, хитер! Это же самое лучшее оружие для показательных испытаний в лабораторных условиях. Ни пыли, ни грязи. А точность все-таки немного выше «Единорога». Вот только…

— А если кто узнает?

— Кто и как? — хихикает Димка. — Нам сейчас главное — императору пыль в глаза пустить и Максима слегка осадить. Ведь для принятия на вооружение один хрен полевые испытания проводиться будут. И на взаимозаменяемость деталей непременно проверят. Вот там мы спецам из ГАУ и выкатим настоящий «Единорог».

Тем временем к нам направляется император:

— Ну, Рукавишников, показывай: что ты там привез?

— Вот, ваше величество, пулемет «Единорог».

— И что же, лучше английского?

— Полагаю, да, ваше императорское величество.

Александр весело уточняет:

— Видал, что англичанин вытворял? Повторить сможешь?

— Дык повторить не сложно, ваше величество. Мы, — в голосе Димыча появляются нарочитые «народные» нотки, — мы и получше смогем.

— Ну-ну, не хвались, купчина… Показывай, что можешь.

По знаку Димки на мишенное поле выносят несколько десятков трехдюймовых досок, три огромных, в один обхват, бревна и два больших, полтора на метр, щита с нарисованными на них красными кружками размером с ладонь. Димка лично садится в седло пулемета с водяным охлаждением, встряхивает кисти рук, словно пианист, и плавным движением берется за рукоятки.