Господин из завтра. Тетралогия

Сейчас надо решить окончательно — плюнуть на все и превратиться в кареглазого брюнета, имеющего совсем другие воспоминания… Или все-таки дать этим зарвавшимся русским тварям последний бой.

Природная мстительность подталкивала Валлентайна ко второму решению. Да и растворяться в новой личности, подобно соли в воде, было очень боязно. Да что там «боязно»! Его разум буквально орал от страха. Значит… Значит, все-таки бой. А как? Пойти в этот чертов Институт времени и, воспользовавшись мнемотранслятором, залезть в башку одного из этих поганых русских. А потом заставить «тело» подойти к проклятому цесаревичу и выстрелить в упор! Да! Из револьвера, в упор! Прямо в ненавистную рожу!

Стоп! Валлентайн вспомнил, как, завладев телом русского императора, он уже пытался убить Николая. И что из этого вышло? Чтобы спасти своего хозяина, свита цесаревича не испугалась поднять руку на своего государя! А как эти kazzaks бросались под пули японцев, прикрывая собой… кого? Никчемного человечишку, возомнившего себя великим ниспровергателем устоев! Откуда у этих людей такая преданность? Наверняка дело в типичном русском фанатизме. Эти наглые варвары, мнящие себя европейцами, всегда сотворяли себе кумиров.

Как бы там ни было — приблизиться на пистолетный выстрел Валлентайну не дадут. А если снова залезть в тело родственника? Возможно, что подойти удастся, но в своей способности быстро выхватить револьвер и метко выстрелить лорд сомневался. Нужен другой способ устранить этого выскочку.

Лорд задумался. В его голове крутились десятки комбинаций с выбором реципиентов для внедрения, рубежами атаки и набором оружия. Три предыдущих дня Валлентайн внимательнейшим образом изучал биографии всех более или менее близких к цесаревичу людей. Конечно, ближний круг отпадал, но вот родственнички… Дяди, кузены… Постепенно план начал складываться.

Надо «оседлать» одного из великих князей. Кого-то из братьев императора. А потом… на месте найти способ одновременно расправиться со всей этой семейкой! В конце концов, «адские машинки» уже существовали. И тогда он, Валлентайн, займет чертов русский трон по закону! И сумеет повернуть все вспять. Да! Это, пожалуй, единственно верный выход!

Валлентайн пулей метнулся обратно в ванную комнату, чтобы смыть кровь с разбитого кулака. Машинально глянул в зеркало и обомлел: за то время, что он раздумывал, у него на лице появился приличный солнечный загар и выросли пышные усы. «А они мне идут», — подумал Гарри Пратчетт. Дьявольщина!!! Какой Гарри Пратчетт? Я лорд Валлентайн! Яростная волна вымыла из сознания заползшую чужую личность.

Дело совсем плохо. Надо спешить, иначе… Валлентайн, надеясь, что его спецдопуск еще действует, рванулся в Институт времени.