Господин из завтра. Тетралогия

А это уж дело известное — кто везет, на том и везут.

— Извините, господин Юз, но у нас — свои резоны. Если мы не договоримся — вся Россия узнает, что вы, ИМЕННО ВЫ, готовили убийство нашего «стального короля». Какой подарок нашим патриотам — как же, англичанка гадит. Какой подарок полиции — раскрыт в кои веки стоящий заговор, не Ваньку-дворника, что по пьяни на портрет государя плевал, в околоток сволокли. А уж общество Новороссийское… даже если и оправдают вас паче чаяния, общество беспременно разорится — уж больно все шумно случится. И ваши дети…

— Довольно… — Нет, но каков молодец, а? Откинулся к стене, прикрыл глаза на десяток секунд — и вот перед нами вновь настоящий британский пэр. — Что вам угодно?

Вот теперь, братец Сашенька, ты точно порадуешься, что в компаньоны взял, не побрезговал. Это тебе не Боренька, который теперь весь с дерьмом наш, — это птица такого полета, что и думать страшно.

— Пятьдесят процентов акций общества. Плюс еще один процент. И…

— Это невозможно, — тут же успокоился Юз. Определившаяся и ясная угроза, знаете ли, достойным людям придает сил и спокойствия. — Я попросту не обладаю соответствующими полномочиями.

Ну, сие знакомо насквозь, даже скучно. Начинается торг, а уж в этом, братец ты мой, никакой инженеришка с Иваном Михайловичем на равных не сойдется в кулачки.

Договорились на тридцати процентах акций (двадцать так или иначе контролировал господин Юз, еще десять — преданный ему лично человек). «Стальград» обещал перестроить производственные линии общества с учетом последних своих достижений (особенно Юз настаивал на прокате и какой-то «штапофке» — ну да это пусть с Сашенькой обсуждает). Все «новые» задумки Сашеньки, вроде линии выпуска самоходов или там «Кистеней» в Новороссийске, будут кредитоваться обществом, полученная с них прибыль — поровну. Завтра с утра господин Юз собирается в гости в «Стальград» — своими глазами убедиться, что новый компаньон справится с задачами. Это пожалуйста, это сколько угодно — от Александра Михайловича Рукавишникова, младшего брата и старшего компаньона Ивана Михайловича, еще ни один промышленник или ученый не уходил обиженным.

— Ну, господин Юз, по рукам. Ждем вас завтра с визитом…

— Кто тебе сказал за завтра, барыга? Не будет у тебя завтра, тварь такая…

Флаг умел удивить. То-то крови не натекло — Демьян непременно удивился бы, но он ведь почти сразу вышел… Душегуб же неторопливо сбросил полушубок, что-то отстегнул у загоревшей крепкой шеи — и на пол упала половинка кирасы.

— Флаг спину бережет. В спину, милейший наш Иван Михайлович, меня неоднократно пытались уязвить, как того Ахиллеса, — благостный вроде голос интеллигентного человека вновь сорвался на рык.